Зона сна

Родители умерли в девятнадцатом, так мы теперь тут с дедом…

– С поражением в правах?

– Да вы не беспокойтесь, – сказала Матрёна. – Я проверку в уездном управлении прошла, к работе с учащимися допуск имею.

– Я? Беспокоиться? – удивилась доцент Кованевич даже с некоторым возмущением. – Уж я-то не беспокоюсь по этому поводу ни в малейшей степени! – и вытащила папиросу.

– Нельзя здесь! – воскликнула Матрёна. – Заругают!

– Ах, да, здесь же духовное заведение, – Маргарита Петровна спрятала папиросу в изящный серебряный портсигар.

– И так уже будут ругаться, что вы простоволосые заходите в обитель…

– Ну, это уж им дудки! Как хочу, так и хожу.

– Это ничего. Отец-настоятель у нас добрый, поблажку даёт…

– Да уж… Либерал…

– А что – здесь братия хоть мясо видит, а в других-то монастырях нельзя, только рыба, и то не всякий день! По весне немецкой веры делегация приезжала, в собор допустил, на службу. После реставрации, говорят, и вообще иностранных отдыхающих сюда возить будут.

– Ну, в Москве этих проблем уже не существует.

– Так ведь то в Москве. Москва – она большая… На фотокарточке в журнале видела, дома в десять этажей!

– И в двадцать уже есть.

– Эва как! – поразилась Матрёна.

– Нет, кофе без папиросы – это невыносимо, – сказала Маргарита Петровна и поднялась со стула. – Я пойду на крылечко.

– Ну, что, барин, оклемались? – спросила Матрёна, когда они остались вдвоём.

– Да, хорошо, – ответил Стас. Сытый под завязку, он сидел на лавке и не спешил выползать из-за стола.

Матрёна вдруг встала, подошла к нему, погладила по голове и на секунду прижала к большой тёплой груди.

– А шанюжек-то я вам ввечеру испеку! И принесу!

– Спасибо, – млея, прошептал Стас и подумал, что ведь сейчас его отсюда прогонят. – А… скажите, тётя Матрёна… Можно, я вам помогу со стола убрать?..

– Да ведь не барское это дело, – сказала Матрёна, но не так чтобы очень твёрдо.

– Меня матушка приучила за собой со стола всегда убирать.

– Во-о-от какая у нас правильная матушка! – пропела Матрёна, составляя тарелки.

– У вас батюшка правильный, у нас – матушка, – Стас, счастливый оттого, что его не гонят, решился пошутить.

Когда до Матрёны дошёл его юмор, она звонко расхохоталась, а потом, как бы в знак одобрения, ущипнула барина чуть пониже талии, да и пошла убирать со стола.