Легионер

Ну, в общем, и очки она принесла сына погибшего, и деньги на дорогу. Мама Люба собралась в Москву вместе с сыном. Лысым Витька было не узнать! Перед ней стоял Гавриил Фадеев, двадцати двух лет от роду и со штампом в российском паспорте из военкомата, что отслужил. А польская виза в загранпаспорте открывала перед ним весь мир. До Москвы доехали они вместе, да на перроне сразу и простилась.

– Езжай, – говорит мама Люба, – с Богом!

И Витя отправился поездом в Европу, под чужими документами. Кто его там лысого разберёт? Всё чин чином, паспорта подлинные и фото сразу после армии, молоденького совсем ещё и в очках.

Забегая вперёд, скажу и о его матери. Пристроилась она сначала на рынке, за беженку с Украины себя выдавала. И место в вагончике дали и работу. Много тогда в Москве таких русских было, которые из «самостийной» бежали. Люба квартиру по документам в банк заложила, и кредит получила. И почти сразу в банк вернулась и сказала, что на рынке деньги украли. Ну что с ней делать – отпустили, а её квартиру риэлтерам продали, а те дальше.

А Витёк наш взял, как научили, с собой в вагон ручной кладью коробку водки, в поезде раскрыл её, чтобы видно было бутылки, опорожнил из горлышка одну и спать залёг, а документы на столике оставил. Так и проехал благополучно и погранцов, и таможенников, и своих и поляков. И те и другие изрядно выпили за его вынужденную эмиграцию.

Но, как говорится, курица не птица, Польша – не заграница. Стал наш Гаврила думу думать. Не придумал ничего. Достал из заначки бутылку водки и пошёл к проводнице.

На следующее утро, на немецкой границе, с флажком у вагона стоял вагоновожатый Гавриил Фадеев. Румяный, здоровый, в форменной фуражке и с бляхой! Он болтал на чужом языке с господином капитаном германской погранслужбы, как на своём собственном. Немецкий он в школе учил, да потом, так получилось, что с немкой– училкой у него лямур вышел, вот он и балакал почём знал.

А Татьяна, проводница, в Польше с поезда сошла лучшую жизнь искать. Но всё честь по чести, с бригадиром они договорились, мол прямая замена: она в Польше сходит, а Виктор вместо неё. Я же говорю, Витёк Счастливчик.

Глава 2. Под другой фамилией

Потом была Германия, а потом и Франция, граница между ними чисто условная.