Свиток желаний

Нагленький сутулый человечек с мятым лицом – тот самый, что подмигивал, – загадочным образом мерещился ему везде и всюду. Он прыгал в витринах магазинов, проезжал мимо в троллейбусах и такси, с поводком на шее бежал за собачниками и, болтая ногами, сидел на ограде бульвара. Один раз он даже ухитрился лукаво осклабиться с уличной рекламы модного журнала, где, причмокивая соской-пустышкой, разболтанно сидел на коленях у молоденькой модели. У Огурцова пересохло во рту. Он ощутил себя полным параноиком и всерьез стал размышлять о визите к психиатру.

Толкнувшись наконец в свой подъезд, он пристально уставился на консьержку, словно и в ней подозревал увидеть лукавого незнакомца. Уставился и успокоился. Консьержка была прежняя. Маленькая чистенькая старушка сидела в застекленной комнатке с геранями, слушала радио и что-то читала. Поздоровавшись и получив в ответ «добрый вечер», Огурцов прошел было мимо, как вдруг что-то заставило его пугливо оглянуться. Консьержка читала – о боги, нет! – журнал для культуристов «Железный человек», с обложки которого глазел все тот же страшненький мятолицый человечек.

Он был раздет до плавок и тощ, как скелет воблы. Убедившись, что министр ватных палочек его заметил, человечек принялся махать ему руками и посылать воздушные поцелуи.

Огурцов метнулся в лифт и, ткнув пальцем кнопку, поспешно поднялся на свой этаж. Оказавшись в квартире, он захлопнул дверь, четырежды провернул ключ, задвинул засов и всунул цепочку. На ватных ногах Антон отправился на кухню и там, стуча ложкой о зубы, торопливо выпил три столовые и одну чайную ложку красного вина.

Такого с Огурцовым сроду не бывало. Это было уже сродни безумной попытке посадить свою печень алкоголем. Однако богатырский организм короля салфеток выдержал и это.

Спрятав бутылку и ложку, Антон расслабленно побрел в комнату, собираясь полежать на диване и обдумать звонок психиатру. Толкнув дверь, он замер на пороге и… захрипел он ужаса. На том самом диване, на который он нацелился, подложив под спину его собственную подушку, развалился сутуленький человечек с подвижным, какам-то гибким лицом.

В руке у него был большой пистолет, из которого подозрительный типчик, от усердия высунув язык, целился прямо в сердце Огурцову.

– Руки вверх! Всем стоять, лежать, сидеть! Выходить по одному, заходить толпой! Пиф-паф, все убиты! – сказал он мерзким голосом.

Колени у Огурцова подломились от страха. Пульс зашкалило.