Галилео

Я хотел бы подобрать шифр, чтобы вскрыть твой код… Ещё вчера я увидел, что на небосклоне над нами загорелась новая звезда. Я и не знал, что это ты…»

– Коряво, конечно, – говорил потом Макс, – но я вообще не очень дружу со словами, скорее с техникой. Но тут прям вдохновение накатило…

Больше всех отличился Кармин.

Ещё тебя не знаю,

Но рвусь к тебе душой.

От нежности сгораю,

И мне не надо рая -

А быть всегда с тобой!

– Это ж для девчонок в стихах, – сказал Макс, когда изучил подсунутый ему толстяком листок.

– Мне так захотелось, – ответил Кармин.

– Не, ну так-то – красиво, – ответил Макс.

– Я бы так не смог, – сказал Ярик, когда сам прочитал написанное. – А кому отдашь?

– Я хотел бы той девушке, что была с нами за столом, – произнёс толстяк и потупился.

– Кому? Энджи?! – вспыхнул Макс.

– Нет! – Кармин даже выставил руки, словно защищаясь. – Нет, Обри, кажется.

В этот момент Макса постигло озарение. Он вспомнил, как вела себя Лилиан в некоторых случаях, и догадался, что та, не разобравшись в ситуации, ревновала Ярика к Энджи.

00.18

«Я тенью твоей стану, храни меня от бед!

Укрой заботы сенью в лихом теченьи лет.

Твоей защитой стану, дам силы два крыла;

Не будем друг без друга, мой милый, никогда!»

– Вау, – только и смогла произнести Лилиан, прочитав стихотворение, написанное Энджи. – Его наверняка зачитает Первый Глашатай.

– Возможно, – пожала плечами Энджи. – Но я это писала одному лишь человеку.

– Повезло Максу, – вздохнула Лилиан.

– Дай глянуть, как повезло Ярику, – усмехнулась девушка.

Лилиан не сразу дала прочитать написанное ею. Она некоторое время мялась и краснела, но потом всё же отдала скрученный от нервов в трубочку листок.

«Ты мой свет, я за тобой.

Ясен вместе день любой.

Жизнь моя – твоя теперь.

Я люблю тебя, поверь».

– Совсем плохо, да? – спросила Лилиан, видя лёгкую усмешку на лице Энджи.

– Нет, что ты, – спохватилась та. – Для первого раза очень даже недурно. Складывать слова в красивые смысловые произведения дано не многим. Жаль, не все это понимают и тщатся замарать побольше бит информации.

– Что? – не поняла невеста Ярика.

– Да, нет… так… мысли вслух, – отмахнулась Энджи.

Затем орги собрали сочинения девушек. Понравившиеся им более всего они переписали, а позже их с помоста зачитал Первый Глашатай.