Электро

Оказалось, что паук так хотел привлечь внимание. Но на самом деле, конечно, он хотел напугать. И, надо сказать, у него это прекрасно получилось. Мужчина прям чувствовал, как замирает сердце в груди, сбоя и стуча очень неуверенно.

– Ха-ха-ха, – механический смех тоже пугал. Но, в целом, как понимал Эдгар, сейчас его есть не будут. И в кокон заворачивать – тоже. – Какие мы нежные. Зато будет, что рассказать людям в своих писульках.

– Хватит меня оскорблять, пожалуйста.

– Посмотрим. Как голова?

– Болит. Я ею знатно ударился, когда терял сознание от твоих выходок.

Паук после слов писателя засеменил куда-то вглубь квартиры, лихо перебирая всеми своими лапками. Эдгар так и не сумел сосчитать их. Ему казалось, что в каждый момент времени их разное количество.

– Семнадцать, – раздалось откуда-то с кухни. – Всего у меня семнадцать конечностей, но для передвижения по полу все не требуются, поэтому я их прячу.

– Ты мысли мои читаешь, что ли?

– Они слишком примитивны. Как и твои рассказы.

Робот-паук уже возвращался с куском льда, обёрнутым в ткань, сжимая его в одной из лап.

– Дай приложу, – сказал он, – сейчас полегчает.

От соприкосновения холода с больным местом Эдгар дёрнулся и ойкнул.

– Терпи, казак, атаманом будешь, – иронично ответил на это паук.

– Что такое «казак»? А «атаман»?

– Ой, не бери в голову, это не из местного фольклора.

Писателю действительно полегчало. Боль из ушибленного места ушла практически мгновенно, будто её втянуло в лёд, завёрнутый в материю. Вместе с этим тело Эдгара словно налилось новыми силами, ему уже не хотелось прилечь и поспать. Осталась лишь щемящая грусть где-то глубоко внутри.

– Послушай, – сказал писатель, – давай договоримся: ты больше не будешь оскорблять меня и мои произведения, а я… я постараюсь относиться к тебе по-доброму, идёт?

– Я не червонец, чтобы всем нравиться.

– Прости, что такое «червонец»?

– Забей. Короче, я такой, какой есть, и меня не переделаешь. Можно только аннигилировать, но я против. – робот убрал лапу со льдом; боль не вернулась.

Эдгар ощупал затылок и с удивлением понял, что готовая уже появиться там шишка рассосалась. Он встал и прошёлся по прихожей. Ничто не напоминало о болях, да и чувствовал он себя лет на десять моложе.

– Спасибо.

– Спасибо в карман не положишь, – тут же среагировал паук.