Таинственное путешествие

Виктор понял, что испытанное им потрясение вызвал именно Зэрк. Он обречённо сел и спросил:

– Как я сюда попал?

– Башиган неразрывно связан с миром людей, но является прямой противоположностью, тенью последнего. Преобладающее чувство у людей – доброта. Несмотря на все погрешности, большинство людей пытаются украсить и изменить свой мир к лучшему. Башиган же впитал в себя всю злобу и ненависть, из которых он и был создан. Сам человек не может попасть в Башиган – для этого используется специальный яд.

У Виктора сразу возникла мысль, что его зуммером была Татьяна.

– Ты совершенно прав! Это она! – сказал проводник, словно прочитав мысли.

Мужчина заметил, что его больше не пугает, что его собеседник общается, не используя рта.

«Как же так, я ведь давно знаком с Таней, почему?»

Зэрк прикоснулся к Виктору, положив свою уродливую руку на плечо, и сказал:

– Не переживай, со временем ты получишь ответы на все свои вопросы.

Доброта Зэрка показалось странной, и Виктор взглянул ему прямо в глаза, в которых отчётливо разглядел что-то знакомое. На секунду пленник почувствовал, что перед ним стоит близкий ему человек.

История проводника подходила к концу.

– И что же дальше? – спросил мужчина.

– А дальше я должен доставить тебя к королеве.

– И у меня заберут мой Риктан? – крикнул Виктор.

Зэрк ничего не ответил.

– А если я спрячусь, убегу?

– Не получится, королева знает, что ты здесь. Её могущество велико, и она не любит шуток.

На Виктора нахлынуло отчаянье, он не знал, что делать. Ему пришлось поверить Зэрку, хотя вся рассказанная история перечёркивала его взгляд на мир, в котором он родился и вырос, в котором любил и был счастлив, несмотря на то, что не использовал свой Риктан.

Мысли, приходившие в голову, сделали её каменной, и она перестала соображать, поэтому Виктор просто встал и пошёл за проводником.

Глава 4

Факел, который держал Зэрк, хорошо освещал дорогу. Их окружал лес, напоминавший сказку из детства про Бабу Ягу. Проводник уверенно и быстро пробирался сквозь густые ветви деревьев, а Виктор царапал лицо и руки, падал, спотыкаясь о корни.