Мы из Тайной канцелярии

Странно посмотрев на спокойно стоявшего подле Ивана, спросил дрожащим голосом:

– Ты что – Фёдора совсем живота лишил?

По отчаянному виду было видно: Василий перепуган не на шутку, причём не ясно, от чего больше – того, что Хрипунов мог испустить дух, или того, что недавний знакомец вдруг открылся с новой неожиданной стороны.

– Очухается твой Фёдор, – строго молвил Елисеев.

Глава 5

Фельдшер, прибывший на машине «Скорой помощи», обескураженно развёл руками:

– Ничего не понимаю. Он что, спит?

– Со стороны это выглядит именно так, – мрачно кивнул профессор Орлов.

 – Но боюсь, что всё значительно серьёзней.

– Летаргический сон? – усмехнулся фельдшер.

– Вроде того, – задумчиво протянул Орлов.

Так и не пришедшего в сознание пациента увезли в одну из крупнейших клиник, специализирующихся на проблемах головного мозга.

* * *

С куртага семья князя Малышевского вернулась во втором часу ночи. Наскоро поужинав (закуски на куртаге подавали умеренные, только-только, чтобы у гостей брюхо не сводило), легли почивать: князь с супругой дражайшей в спальне, обе засидевшиеся в невестах дочери в своих светёлках.

На улице забрехал цепной пёс. Кто-то настойчиво заколотил в калитку и принялся кричать:

– Немедленно откройте!

По дому забегала-заохала проснувшаяся прислуга: дворовые девки, горничные, бабки-приживалки (княгиня питала к ним почти болезненную страсть – привечала сразу четырёх старушек – божьих одуванчиков).

Князь, взяв в руки заряженный охотничий штуцер, пошёл к калитке.

За его спиной прятался лакей Прошка, державший в руках горящий подсвечник – других мужчин этой ночью в доме не было.

Жена и дочки пугливо поглядывали из окон.

– Кого нелёгкая принесла? – рассерженно рявкнул князь.

– Открывайте! Государево слово и дело.

Прошка охнул. Чем же его благодетель мог прогневать Тайную канцелярию?! Грехи за душой у князя водились (о многих лакей знал не понаслышке), но чтобы «Слово и дело»… Ужас какой!

Малышевский, провозившись с затвором, открыл.

В подворье ворвалось трое: два солдата со шпагами наголо и статский чин в чёрном плаще, треуголке и в машкерадной маске на лице. Видимо секретные причины заставляли его скрывать свою наружность.

Князь глядел на нежданных гостей во все глаза, но ни единым признаком не выдал своего волнения.

– Кто будете и по какому поводу?

Статский подал ему свиток, чинно промолвил:

– Извольте прочесть. Тут всё изложено.