Потоп

Он бежал по аллее, как всегда, он был в черном берете и длинном, темного цвета макинтоше, за ним с воплями и матом гнались работники дендрария, где он уничтожил редкий цветочный куст малоизученного растения из Латинской Америки. С этого самого времени следы нашего героя в Истории теряются.

КОНЕЦ

ПОТОП

Я буду изливать дождь на землю сорок дней и сорок ночей;

и истреблю все существующее,

что Я создал, с лица земли.

БЫТИЕ 7,4

Лил дождь. Он лил уже несколько месяцев подряд.

Лил дождь. Нудный, серый, однообразный дождь. Вокруг все притихло. Не пели птицы, не шумел ветер, не гуляли по улицам люди. Мокрые собаки с тоскливыми глазами хмуро притаились в будках. Казалось, что в мире нет уже больше солнца и тепла, а есть только дождь и свинцовое серое небо.

– Что это за безобразие, а, бабка? – стоя под навесом сельпо, сказал Митька.

– Известное дело, касатик, потоп, – тяжело вздохнула бабка, глядя в угрюмое небо.

– Да, прямо, потоп! – не придавая значения словам бабки Анисьи, согласился Митька.

– Вселенский потоп, – повторила бабка Анисья.

– Ну, это ты брось. Замахнулась. Вселенский, – усмехнулся Митька.

– Так ведь отродясь у нас таких дождей не было, а теперь – вот. Да и по телевизору говорили, Митька: астролог один предсказал конец света. Вот оно и началось.

– Да ну тебя, – сердито сказал Митька. Он завороженно, не отрываясь, смотрел, как из огромной черной лужи растекалась мутная вода.

– Да ну тебя, бабка! – в сердцах повторил он и, зажав под мышкой пачку соли, быстро пошел по улице, злобно топча резиновыми сапогами бесконечные лужи.

А дождь все шел и шел, и вслед за ним по деревне поползли странные слухи, словно просачивались в дома с сыростью и влагой. Люди собирались беспокойными стайками на перекрестках, под навесом у сельпо, у калиток и глядели на беспрерывные, звонко стекавшие с крыш, струи воды.

– Потоп, детушки, потоп, – говорила бабка Анисья женщинам, собравшимся у калитки. – И по писанию это все сказано. И полынь-трава была, и Гитлер-антихрист был. Вон и Никита Захаров ковчег себе строит. Дед-то его священником еще до революции был. Да. В доме-то у них книги, должно быть, остались, где все и прописано до самого конца дней.