Империя. Часть1

– Так, ну вот тут я тебя пока и оставлю.

Святослав положил существо возле ствола кедра, а сам пошел мастерить для него лежанку.

Наломав лапника и постелив на ветви свой полушубок, Святослав уложил на них существо и сел рядом.

Огромная необъяснимая слабость вновь налила все тело свинцом. Усталость после пережитого стала брать свое, и Святослав, опершись спиной на ствол дерева, заснул, наклонив голову набок.

Странные сны одолевали юношу один за другим, у него не было времени все как следует осознать, и его подсознание начало делать это за него, выдавая образы и мысли.

Среди калейдоскопа видений он ощутил то же чувство боли в голове, пронзительный крик, от которого у него шла кровь из ушей. Ему виделось, что это был не просто крик боли, кто-то отчаянно просил о помощи внутри его головы. Образ странного существа шепотом повторял: «Спаси его, спаси, умоляю!»

Образы сменялись один за другим. И тут он почему-то увидел расплывчатый силуэт отца. Раз за разом шепот о спасении, идущий параллельно образам, заставлял не просто вспоминать истории, рассказанные ему когда-то отцом, но и увидеть их.

Шла очередная русско-турецкая война. Великие военачальники, такие как генерал Михаил Скобелев, ведут войска империи от одной победе к другой, освобождая братьев славян по всему Балканскому полуострову. Взят Шипкинский перевал, от османов освобождены Плевна и София. Шаг за шагом, метр за метром солдатский сапог втаптывает противника в землю, не оставляя шансов на осквернение славы русского оружия.

Отец Святослава, Николай, внешне был похож на сына, отличаясь от последнего более острыми чертами лица и высоким ростом. В те времена он был совсем юн, но тем не менее он и его товарищи, закаленные в боях с супостатами, чувствовали невероятный душевный подъем, ощущая себя причастными к великой миссии Российской империи по освобождению братьев славян от гнета османов. Куда бы ни приходили русские войска, их встречали как освободителей. С неподдельной радостью несли освобожденные народы цветы колоннам бравых, солдат одетых в парадные мундиры.

Этот сон был настолько четкий и яркий, что у Святослава было ощущение, будто он сам марширует, распевая строевые песни, с улыбкой на лице.

Всю эту картину величия не портили ни кровавые сражения, ни лишения и тяготы военной службы. Было только одно обстоятельство, которое омрачало настроение воинов, – это картины полуразрушенных поселений и сломленных людей, освобожденных из-под власти османов.