Рок неизбежности

Огромная крепость с высокими каменными стенами оскалилась жалами сотен стрел многозарядых баллист и ощетинилась десятками катапульт со снарядами Синего Пламени. Вообще, остроги в землях словян не редкость, но Сичь выделялась: это была войсковая крепость, и говорили, что по ее подземному лабиринту, коему конца нет, можно пройти вплоть до Новэя. Но никто не пробовал.

Новэй.

Пограничный город.

Эх! Побывать бы там!

Посмотреть с высоты Рубежа на юг, увидеть зарубежные диковинки – кровожадных тварей, коих нередко отлавливают да выставляют напоказ, дабы не забывали словяне, какая жуткая опасность таится за стеной.

А парча! Да земская, а туфельки да смольские, уж про камнегорские камушки самоцветные и думать не следует, только душу теребить. А шёлк вязийский! Ох!

Мара наслаждалась грёзами.

Послышался свист.

Девица вскочила. С высоты обзорной башни, где располагался пост дозорного – а сейчас оный дозорный мирно спал внизу, – постройки слободы казались маленькими.

Вдалеке с выгула возвращалось стадо, а ещё дальше, за высокими стенами острога, был он.

Лейтенант Джа.

Ах, этот строгий вязиец! Такой высокий и с волевым подбородком, а взгляд – что огонь, проникающий в самую глубину женской души и пленяющий всю ее, без остатка!

Мечтания вновь унесли ее вдаль.

Мара позволила себе это, прислонившись к деревянной колонне, на которой крепился тревожный рог, и закрыла глаза.

Сознание рисовало крепкие руки, обнимающие её стройный стан, настойчивые уста, пленявшие своей необузданностью, и голубые глаза, из-за которых Мара потеряла покой и сон.

Три недели прошло с тех пор, когда она, прогуливаясь между торговых рядов острога, впервые увидела назначенного в крепость лейтенанта. Джа прибыл не один, а вместе с временным тысяцким Новэя, неким Алёшей Камневолом.

Тот тоже был неплох: коренаст, белокур – впрочем, как и все земчане.

Она постаралась вспомнить одеяние своего избранника, но старания и не требовались. Мара в точности и с поразительной лёгкостью вновь нарисовала образ высокого, темноволосого, облачённого в белостальную кольчугу вязийца, снявшего шлем, некогда используемый в Амазонской империи.