Дети палача. Месть иссушает душу

Она отступала шажок за шажком, глядя то на брата, то на страшного человека с мерзким кривым носом.

«Что делать?! – судорожно думал Фарамор. – Что?..»

Слим перекинул нож в левую руку, а правой с размаху двинул юноше в нос.

– Так, гаденыша! Так!.. – закричал Клюв.

Фарамору показалось, что в лицо плеснули кипятком. В глазах потемнело. Он застонал. Слим схватил его за волосы и с силой швырнул на землю.

Клюв склонился над Невеей и протянул к ней руки. Его тонкие губы дрожали и щерились в кривой улыбке.

– Иди к дяденьке, малышка, – проворковал он.

Фарамор поднял лицо и увидел мешок и суму – совсем рядом. Он быстро пополз к вещам, судорожно вдыхая воздух. В рот попадала еще не пропитавшаяся дождем пыль и стекающая из разбитого носа кровь.

Неожиданно Невея завизжала и вцепилась зубами в пальцы Клюва. Тот взвыл от боли. Глаза выпучились, как у жабы. Резко, наотмашь, он ударил девочку ладонью по лицу.

– Маленькая сучка меня укусила! – заорал Клюв. – Укусила!..

Фарамор подполз к вещам и запустил окровавленную руку в мешок.

К юноше, перекидывая нож из руки в руку, приближался Слим.

– Я тебе покажу, как кусаться, сучка! – Клюв, словно пушинку поднял Невею и с яростью швырнул на обочину дороги.

Девочка головой ударилась об камень и, покатившись по траве, застыла. Хитрец Хет выпал из ее рук. В пуговичных глазах куклы отразилась очередная вспышка молнии.

Фарамор выдернул из мешка первую попавшуюся склянку…

«Только бы это была Жгучая роса!» – молил он.

…зубами выдернул пробку, вскочил на ноги и плеснул жидкость в лицо Слима.

Мужчина мгновение стоял как вкопанный, не понимая, что произошло, затем раззявил рот и заорал. Кожа с шипением вспенилась, пошла мелкими пузырями. Веки превращались в оплавленные бесформенные кусочки кожи. Из-под них на щеки текла густая слизь – то, что осталось от глазных яблок. Слим рухнул на колени, выронил нож, и обхватил трясущимися руками обгоревшее лицо.

– Что ты сделал?! – взвизгнул Клюв. – Что ты, гаденыш, сделал?! – на лице отразились растерянность и страх.

Фарамор отбросил склянку, быстро поднял нож Слима и побежал к Клюву. Тот охнул, и уже собирался развернуться и броситься наутек, но одна нога зацепилась за другую, и он грохнулся на землю. Фарамор подскочил к Клюву – его разум охватила ярость – и вонзил нож ему в спину.

– Нет! – визжал Клюв, тщетно пытаясь подняться.

Фарамор бил и бил ножом, наслаждаясь звуком входящей в плоть стали. Рядом продолжал реветь Слим.