Принцесса крови

Ланкастеру даже пришлось приказать истребить без жалости всех проституток, которые подходили к его лагерю ближе чем на три мили. Это отродье, столь желанное для солдат всех рангов и сословий, всегда жадно тянется к военным лагерям. Пусть так, но оно стремительно разносит любую заразу по всему войску. Им резали глотки, вешали и топили, как котят. Когда продовольствие у осажденных закончилось, французы предприняли две отчаянные вылазки, стремясь уничтожить артиллерию англичан, но их атаки были отбиты.

Молодой граф Хандингтон в последний раз так азартно преследовал французов, отступавших к стенам крепости, что едва не ворвался за ними в Гарфлер и не попал с отрядом своих рыцарей в плен.

Бомбарды, кулеврины и требюше[11 - Бомбарды и кулеврины – огнестрельное оружие позднего Средневековья. Бомбарды, часто гигантские, использовались для разрушения крепостных стен, кулеврины – по большей части для стрельбы навесом. Требюше – метательное оружие, катапульта.] продолжали методично обстреливать крепостные стены и городские постройки за ними.

Генрих назначил день штурма, но сутками раньше из крепости выехали посланцы с белым флагом. Они сделали английскому королю необычное предложение: если через три дня французы не придут осажденному городу на помощь, значит, такова судьба и Гарфлер сдастся на милость Генриха.

Перемирие в трое суток было по-рыцарски идеальным – обе стороны положились исключительно на судьбу.

По истечении означенного времени король Англии Генрих Пятый выехал со своей свитой и рыцарями в сторону ворот осажденного Гарфлера.

Он уже был в четверти мили от крепости, когда опустился мост и ворота открылись. Въехав в Гарфлер в полном молчании, он увидел изможденных изнурительной осадой солдат и офицеров, и старейшин города с ключами в руках. Все старейшины были связаны одной веревкой – через петли на шеях. Таково было условие короля Англии.

– Встаньте на колени, – приказал он городским властям.

Старейшины безропотно повиновались. Генриху оставалось только улыбнуться. Когда его люди подыхали от дизентерии, он поклялся себе перевешать всех защитников крепости, из-за упрямства которых страдает его войско. Но поклялся самому себе. Никто, кроме Господа Бога и дьявола, его не слышал. Теперь он видел, что противник раздавлен. Унижать его дальше, тем более – уничтожать, значило бы оскорбить свое собственное достоинство. Прослыть извергом.