Принцесса крови

Слышно было только, как пламя лижет темноту… Из зеркала на герцога смотрел широкоплечий коротышка – с залысиной, несусветно большим носом, маленькими глазками, тонкими язвительными губами. Герцог улыбнулся – он был на редкость некрасив! Но что стыдиться своего облика? Другого все равно не будет…

С детства его жизнь проходила на виду у всего двора. Но он походил скорее на шута, сидящего рядом с троном своего отца, чем на принца. Ему было четырнадцать лет, когда его женили на одной из первых красавиц Европы – двадцатилетней Маргарите Баварской.

У нее не было отбоя от поклонников. Она была искушена в любви, а главное – самоуверенна, как богиня. И смотрела на него так, точно он – злой карлик, которого подбросили ей в постель. Таково жестокое эхо династических браков! Он решил заслужить ее расположение и отправился в крестовый поход, от имени отца, Филиппа Смелого, возглавив французов и бургундцев, но в битве под Никополисом[6 - Никополийский крестовый поход (1396) пяти христианских государств – Венгрии, Германии, Чехии, Франции и Польши – был направлен против турков и проникновения их в Европу. В битве близ Никополя, на Дунае, в Болгарии, крестоносцы были полностью разгромлены. К поражению привело как бездарное руководство инициатора похода венгерского короля Сигизмунда I, так и общая разобщенность и несогласованность в рядах крестоносцев. Итоги поражения были катастрофическими – только более десяти тысяч рыцарей было взято в плен, лишь триста из которых сохранили себе жизнь. Начиная с этого года турки укрепились на Балканском полуострове и постоянно угрожали Европе. ], где войско крестоносцев оказалось разбито, попал в плен. У султана Баязида он провел два унизительных года и был продан отцу за баснословную сумму – двести тысяч золотых дукатов! Вся Бургундия шепотом проклинала Жана, и как иначе – чтобы вызволить из беды принца, народ обложили непомерными налогами. Жан вернулся в Париж переодетым в черный костюм – он во всеуслышание поклялся до последнего дня носить траур по разбитому войску Христову. Но это не уберегло Жана от насмешливого прозвища, которым тут же наградил его Людовик Орлеанский, родной брат сумасшедшего короля и официальный любовник распутной королевы. «Вот он, Жан Бесстрашный!» – со смехом за спиной страдающего коротышки повторял ведь двор. А вскоре бургундский принц узнал, что все тот же красавчик-сердцеед Людовик в его отсутствие оказывал его супруге внимание. Тогда Жан и поклялся отомстить кузену.