Охота на Вепря

Еще перепуганный Федька, широко открыв глаза, пятился все дальше – к окну. Степан же взял со стола револьвер, оглядел его, встряхнул, проверил. Встретился взглядом со своим крутонравным хозяином. Граф кивнул ему, в ответ кивнул и Степан.

– Когда скажу «пли», – проговорил Кураев. – Не раньше!

Степан поднял руку и прицелился. Я замер. Затих и Федька у самого окошка, у портьер.

– Пли! – громово скомандовал граф.

И тотчас же последовал выстрел. Я задохнулся – сердце зашлось! А когда через мгновение пришел в себя, то увидел, как Кураев уже стряхивает с седовласого темечка яблочную крошку.

Старик неожиданно рассмеялся, как смеется хороший рассказчик, когда его история закончена, и все, открыв рты, смотрят на него. К хозяину подлетел Федька, протянул полотенце. Граф утерся им, прошел мимо Степана, похлопал его по плечу:

– Молодчина. – И с красноречивой улыбкой посмотрел на меня: – Не подумайте, что я выжил из ума, Петр Ильич. Дело уж больно для меня важное. И не только для меня. Вот почему подобную демонстрацию устроил.

И еще чтобы поняли, кого отдаю. Кого от сердца отрываю. Возьмете такого?

Степан тоже поглядел на меня, еще не зная, о чем идет речь. Я усмехнулся, разглядывая стрелка: плечи широкие, скулы круглые, взгляд упрямый и цепкий.

– Возьму молодца.

– Петр Ильич Васильчиков, твой новый хозяин, – представил меня Степану граф. – Так будет, пока мне надо. Петр Ильич – сыщик, его в самом Петербурге знают, он обещал мне важную услугу оказать, бесценную, так что делай все, что он прикажет.

Степан уверенно кивнул.

– И молчалив, что тоже кстати. – Граф Кураев наполнил кубок себе и гостю, подмигнул улыбавшемуся до ушей Федьке. – Не надоест по дороге! А?! Так-то. – Федьке, по всему видно, не впервой были такие вот выкрутасы хозяина. Граф выпил вина, усмехнулся: – Завтра же утречком ранехонько и отправляйтесь, Петр Ильич. А я пока письмо напишу – Пантелею Ионовичу, управляющему покойного Сивцова, чтобы принял вас нежно и с уважением.

3

Встал я рано утром.

Не спалось. Предприятие меня ждало таинственное и опасное. Но оправданное ли? Наконец, кто мне этот Кураев? И так ли нужны мне его деньги? Но слово я уже дал. Но не поспешил ли? Старик явно держал меня на расстоянии от своих тайн, а требовал многого.

Я решил: огляжу усадьбу, подышу свежим воздухом перед завтраком. Набросил полушубок, добрел до конюшен. Тут остро пахло навозом, соломой. Дверь была открыта. В загонах топтались лошади.