Оседлавшие рхара. Роман

Та уточнила:

– Не хочешь что?

– Не хочу, чтобы он вообще ко мне прикасался. Он же меч в руках нормально держать не может! Мне даже думать о нем противно!

– Разок потерпишь, потом привыкнешь, – вздохнула матушка. – А потом и полюбишь.

– Балы я до сих пор ненавижу, матушка, – с сомнением в голосе произнесла Эсгель.

– Тебя послушать, сестрица, – сказала Мриэль. – Так ты бы лучше отдалась тому жуткому молчуну со шрамом на лице! У меня от него мурашки!

– Не смей! – Эсгель внезапно вскочила и влепила болтливой сестре пощечину.

 – Такие, как он, проливали свою кровь, чтобы такие как ты могли спать спокойно! Не смей называть его жутким!

– Она права, Мриэль, – произнесла матушка. – Хэккийцев могут называть жуткими только враги.

– Оторвать бы ей язык, – тихо вздохнула Эсгель. Она любила обеих сестер, но пренебрежения к сотоварищам не прощала даже отцу.

Небо за окном начало алеть. Эсгель поцеловала Раэля. Тот открыл глаза.

– Всегда бы так просыпаться, – он улыбнулся, потянулся и встал.

– Раэль, – она тоже встала. – Может, все же лучше я?

– Я настолько никчемен, моя госпожа? – вызывающе спросил он.

– Я боюсь тебя потерять, Раэль. Он имеет право тебя убить.

– В случае моей смерти ты одна не останешься, чего не могу сказать о себе.

– Прости, – Эсгель обняла его. Он вдохнул запах её волос, осторожно выбрался из её объятий и отправился в тронный зал. Эсгель довольно улыбнулась и побежала в восточное крыло. Ей нужно было одеться подобающим образом.

Внезапно дорогу ей преградил княжич Итэль.

Вчера в белом дворце она его не видела.

– Вы напугали меня, надьяр, – холодно сказала Эсгель и поклонилась.

– Княжна, мне нужно с вами поговорить.

– Простите, надьяр Итэль, но я очень спешу.

– Всего несколько минут, княжна, – он снова преградил ей дорогу. Эсгель решила, что проще будет выслушать его.

– Я надеюсь, что это что-то крайне важное, надьяр.

– Полагаю, что да. И вряд ли приятное, – Итэль опустил глаза, потом посмотрел на девушку. – Ваш отец разорвал помолвку, княжна.

Это вполне естественно, учитывая, что вы единственная дочь надьяра Таэля. Но я хотел бы знать: вы, княжна, не будете против, если я посватаюсь за вашу сестру?

– А почему я должна быть против? – потупилась Эсгель. Потом она быстро обняла его и сказала: – Я от всей души желаю тебе счастья, Итэль. Увидимся в тронном зале.

Она стремглав понеслась в свои покои. Уже почти рассвело. Кто-то заботливо разложил парадный мундир на её постели.