Оседлавшие рхара. Роман

– Глава велит, Длань повинуется, – элегантно поклонился Раэль и добавил – Беспрекословно.

Надьяр Заэль стиснул зубы. Раэль распрямился и посмотрел ему в глаза.

– Что значит оставить десятерых в Клыке, а остальных направить в общие войска? – Раэль был вне себя от злости. Шел третий день от начала его службы на новой должности, как надьяр Заэль приказал практически распустить ветвь. – Ветвь Хэку веками защищала северную границу!

– Наглый мальчишка! Это приказ! – стукнул кулаком по столу надьяр Заэль. И тут Раэль решился.

– Я Длань Хэку. И выполняю только приказы Главы и Великого Князя, – в голосе его пела сталь. Заэль скрипнул зубами.

– Предыдущая Длань была куда осмотрительнее, – он трижды хлопнул в ладоши. Вошли персты. – Сей безродный муж не желает повиноваться моим приказам. В кандалы его! А мне нужна новая Длань.

Персты не двинулись с места. Заэль такого поворота не ожидал.

– У ветви есть Длань, – произнес Наэль. – У вас есть только один способ заставить Длань повиноваться, надьяр.

– Тогда едем в столицу, – раздраженно произнес тот. – Великий Князь рассудит.

Раэль собрал всю ветвь в тот самый день, когда уехала Эсгель. По обычаю любой из перстов имел право оспорить должность Длани. Но никто этого не сделал. Все и так знали, что Раэль был лучшим среди них. Тогда-то к перстам присоединилась Инмэль, победив обоих близнецов. Наэль и Гаэль переглянулись – победа девушки означала нескорое возвращение надьяры Эсгель. Испокон веков получалось так, что среди пятерых старших офицеров всегда была только одна девушка.

И вот, наконец, настал час решающей битвы. На площади, дабы видели все, Военный советник Великого Князя и новый Длань ветви Хэку сражались за право управлять ветвью. Если победит надьяр Заэль, то ветви конец, а если победит новый Длань, то ветвь будет продолжать существовать.

Надьяр Заэль был силен. И силы ему придавало страстное желание поставить на место этого зарвавшегося раба, возомнившего себя полководцем. «Ручная крыса моей взбалмошной бесстыжей дочери», – так назвал его надьяр Заэль перед боем. Раэль мог стерпеть в свой адрес что угодно, но вот когда его возлюбленную госпожу смешивали с грязью, он приходил в ярость.

И вот с клинков одновременно закапала кровь.