Я всегда буду рядом. Часть вторая

Я уже сам начал сходить с ума.

– Давайте попробуем обратиться к специалисту. Так дальше нельзя.

– Ладно. Пригласи его завтра к нам. Я оплачу все расходы.

– Хорошо. Я договорюсь. Тогда до завтра, – сказала она и, поцеловав меня в щеку, скрылась за дверью квартиры.

Следующим вечером в мою комнату вошел полноватый мужчина, в сером строгом костюме. Его голова была наполовину лысой, от чего макушка блестела. На вид ему было лет пятьдесят. Он подошел ко мне и сел на кровать, с которой я практически не вставала.

– Здравствуй, – сказал он. Я молчала. – Меня зовут Федор Михайлович Грачинский, я психотерапевт, – продолжал он. – Как тебя зовут?

– Лиза, – прошептала я.

– Очень приятно познакомиться. Давай мы немного поболтаем, хорошо?

Я кивнула.

– Лиза, расскажи мне, как ты сейчас себя чувствуешь?

– Никак.

– Тебе снятся сны?

– Да.

– Что ты в них видишь?

– Его.

– Он зовет тебя?

– Нет. Он отдаляется с каждым шагом.

– Что ты чувствуешь, когда видишь его?

– Боль.

– Давай, сейчас ты немного поспишь, хорошо?

Федор Михайлович сел ко мне ближе. Попросил открыть глаза, и передо мной закачался маятник. Он что-то говорил про тяжелые веки, считал от одного до десяти, и мое сознание покидало меня с каждым звуком его голоса. Я погрузилась в сон или в транс, так и не поняла.

Я оказалась снова на берегу. Лил дождь, но я его не замечала. Я увидела Макса и побежала. Чем быстрее я двигалась, тем он был дальше, и я вовсе потеряла его из виду.

– Нет! Вернись! – закричала я, тело забилось в конвульсиях, из глаз хлынули слезы.

– Десять! – сказал мой доктор, и я распахнула глаза.

– Что со мной? – жалобно простонала я, вытирая мокрые щеки рукой.

– Все в порядке. Это был всего лишь сон. Я сейчас уйду, а ты выпей это. – Он протянул мне таблетку и стакан воды. – Теперь отдохни.

Я послушно проглотила зеленую капсулу и снова закрыла глаза.

– Что с ней? Как она? – спросил папа у психотерапевта.

– Состояние пока тяжелое, но с этим мы сможем справиться.

– Хорошо, конечно. Спасибо вам. – Пожав руку, отец отдал ему конверт и проводил до лифта.

Я погрузилась в темноту. Ничего яркого, серого, живого, я больше не видела в своих снах.