Учитель из моих кошмаров

– Приехали, Аронова, – бросил он, отстегивая ремень безопасности.

Я посмотрела в окно и с трудом сдержала возмущенный писк. Мы стояли прямо напротив мужского клуба с говорящей вывеской «Эгоист». И даже я, зубрилка, обедающая в Макдаке, знала, что это один из самых элитных стрип-клубов для мужчин, желающих расслабиться.

Это и есть мое внеклассное задание?! Повертеться на шесте, чтобы заработать на экзамене зачет?!

Глава 7

– Отвезите меня назад в университет! – мой голос стал выше на несколько тонов.

Я была так зла на Горецкого, что готова была стукнуть его по драгоценной преподавательской башке.

– Аронова, женские истерики тебе не идут, – усмехнулся Руслан Александрович, вылезая из машины. – Я не собираюсь продавать тебя в секс-рабство, не обольщайся. Я просто хочу пообедать.

Я с сомнением покосилась на неоновую вывеску. Интересные, однако, вкусовые пристрастия у нашего куратора! А, может, он тут подрабатывает?!

– Можно было и в студенческой столовой пообедать, – буркнула я, крепко прижимая попу к сидению.

Ноги моей не будет в этом пристанище разврата!

Горецкий приподнял бровь и, неторопливо обойдя машину, оказался возле моей двери.

– Выходи, Аронова, – голосом Серого волка из сказки протянул он. Его глаза при этом сузились, а плечи напряглись. Выглядело устрашающе.

Почувствовав себя самым трусливым из трех поросят, я лихорадочно помотала головой. Знаю я, чем сказка закончилась!

Вполголоса выругавшись, Горецкий распахнул дверь Рэндж Ровера и стремительно наклонился ко мне.

Его глаза цвета ртути яростно впились в мое лицо. И пока я хлопала ресницами, пытаясь собраться с мыслями, мужчина недобро усмехнулся и, придвинувшись еще ближе, резко подхватил меня на руки и вытащил из машины, как какой-то мешок картошки.

Я судорожно схватилась за шею Горецкого и глубоко вдохнула запах его разгоряченной кожи с примесью дорогого парфюма. Голова тут же закружилась, а внутренности в животе скрутились в узел. Да какого черта!

– Отпусти! – выдохнула я, ударив Горецкого по плечу.

Но тот даже бровью не повел.

– Ты вообще ешь когда-нибудь? – с легким раздражением процедил он, коленом захлопывая дверь машины и перехватывая меня покрепче. Его ладонь при этом не по-преподавательски легла на мою попу, а другая по-хозяйски обняла за плечи.

Задохнувшись от возмущения, я яростно забилась в мужских руках. Да что он себе позволяет?!

Но Горецкого мои трепыхания не впечатлили. С невозмутимым лицом он понес меня к стрип-клубу.