Пробужденные

Что, кстати, означает, что зубрить ты сегодня будешь весь день. Но ты тему-то не меняй.

Я громко и возмущенно выдохнула в потолок.

– А что рассказывать-то? Дороти нас видела, вы уже должны все знать.

– Я видела издалека тебя с каким-то блондинчиком и все, – возразила Дора. – Так что рассказывай!

– Серьезно, нечего рассказывать. И он не блондинчик. Кофе хотите? Умираю, хочу кофе, – сказала я и поспешила на кухню.

Разумеется, вся делегация потянулась за мной и уселась вокруг стола. Дора попутно прихватила мармеладных мишек из холодильника и принялась за их уничтожение.

– Дайен, ты же понимаешь, что мы не из праздного любопытства спрашиваем, – Элеонор заменила меня на варке кофе. – Ты два года была одна и думать об отношениях не могла.

– И сейчас не могу, – подтвердила я и, отобрав у подруги мишку, запустила его в рот.

– Но на свидание все-таки ходила, – возразила Кетерин.

– А это значит, что лед в твоем сердце таки растаял, – подтвердила Дороти.

– Не обижайся, – ответила я раздраженно, – но шуточки у тебя получаются лучше, чем глубокомысленные выражения.

Я села на кухонную стойку и взяла у Лиари кружку. Она раздала кофе остальным и осталась стоять рядом.

– Расскажи нам о нем. Расскажи о себе. Как ты решилась? Как ты себя сейчас чувствуешь?

Я мрачно посмотрела на кофейную пенку, на подруг, в окно и, взяв побольше воздуха, громко выдохнула.

– Окей, – сдалась я и начала тараторить, чтобы поскорее закончить.

 – Ему 27, он музыкант. Познакомились в среду, в кафе. Я обдумывала план побега из дома, а он подсел и решил разузнать, что у меня случилось. Взял номер, позвонил тем же вечером, пригласил на свидание. Но свидания не было, было полусвидание. И я вообще до последнего не была уверена, что пойду на него.

– Это как это так? – удивилась Дора, наконец оторвавшись от мармелада.

Лиари шикнула на нее и повернулась ко мне.

– И как? Как все прошло?

– Да как… нормально. Я весь вечер искала подвох, но так и не нашла.

– Какой он? – подала голос Кетерин.

Я снова замешкалась, но Лиари положила руку мне на плечо, успокаивая.

– Он… он классный.

Дороти вскочила с криком «И-хааа», подняв руки вверх, и мы все рассмеялись.

– Больше, больше подробностей! – потребовала она.

– Да нечего рассказывать, – я пожала плечами. – Несмотря на мою паранойю, с ним достаточно спокойно. Он открытый, честный. Хочет увидеться еще.