По ту сторону жизни

 – Ведь скоро стемнеет, и мы не сможем более искать мою могилу в кромешной тьме!

Анна Павловна повернулась ко мне, небрежно откинула меховой ворот своего пальто и с интонацией пояснила мне:

– Да ты за это не переживай! Мы все прекрасно видим и ночью, какой бы темной она не была!

Я округлила глаза от изумления. Сколько еще интересного и удивительного мне предстоит узнать о наших возможностях?

– Да, мы хорошо все видим, даже если нет луны на ночном небе! – добавила Ульяна восторженно.

Я заметила, что близняшки, которые уйму времени потратили на поиски моей могилы, ни капли не утомились, хотя в их возрасте уже можно было выбиться из сил.

– Да, и это тоже верно! – сказала вдруг Анна Павловна, всматриваясь в мое сосредоточенное лицо.

– Что верно? – с удивлением спросила я.

– То, что мы не чувствуем усталости! – хитро прищурившись, произнесла Анна Павловна.

– Вы читаете мои мысли? – догадалась я.

– Верно! – хором ответили близняшки вместо Анны Павловны.

– Отлично… – нахмурилась я. – А почему я тогда не слышу ваши мысли? – поинтересовалась я и прислушалась. Но ничего не услышала.

– Ты не слышишь наши мысли? – почему-то удивилась Анна Павловна.

– Нет! – с обидой в голосе ответила я. Чем я хуже их? Они все слышат, оказывается! Все, о чем я размышляю, и признались мне в этом, хитрюги, только вечером.

– Это еще одна странность, – почесав свой морщинистый нос, сказала Анна Павловна. – Ты не помнишь своего имени, хотя должна помнить, ты не слышишь наши мысли, хотя должна слышать… Чувствую, нам во многом еще предстоит разобраться! – с энтузиазмом добавила она и, вытянув перед собой руку, крикнула: – Вперед! У нас важная миссия – мы ищем твою могилу! Мы обязаны узнать хотя бы твое имя!

Девочки, как вкопанные, вдруг остановились перед двумя небольшими холмиками земли, утыканными высокими крестами, погребальными венками и живыми цветами.

Я подошла поближе и увидела между венками большую цветную фотографию в деревянной рамке. На этой фотографии две темноволосых девочки, улыбаясь, заплетали друг другу волосы.

– Это же… – я осеклась и повернулась к близняшкам. Они шмыгали носами, но видимо, как и я, не могли лить слезы – в этом нам было отказано.