Зарево. Пекло

Наградой мне было несравнимое чувство чистоты и легкости.

Я выключила воду, с секунду спокойно смотрела вниз на то, как вода уходила в слив. И после секундного спокойствия зарыдала вслух. Горько так, болезненно. Заскулила, захрипела, давясь слезами. А потом разозлилась. С остервенением перехватила предплечья, ногтями вцепившись в кожу и стискивая зубы. С каким-то ожесточением выругалась, ударив основанием ладони по перегородке с соседней кабинкой. А затем еще раз. И еще, еще, еще, пока болью не отдалось в запястье… Выдохнула сдавленно, убрала волосы назад.

Выдох. Быстро вышла из душевой. Скоро оделась. Вискоза водолазки была тактильно приятна. Я провела рукой по рукаву, затем обнимая себя за плечи… Сердце ровно билось в грудной клетки. Стало спокойно и легко.

Натянула плотные черные штаны, похожие на форму; завязала берцы, схватила пожитки и вылетела из душной кабины, затем замирая на месте. У раковин стояла Сара, облокотившись о стену и скрестив руки на груди.

– Крис попросил удостовериться, что ты в порядке, – спокойно доложила она, однако участливо всматриваясь в мое лицо.

 – Но, судя по всему, все не так прекрасно, как ты говорила, – я нехотя подошла к запотевшему зеркалу, вытерла его, всматриваясь в свое отражение.

– Все в порядке, – ответила твердо, обернувшись к Саре. Та цокнула.

– Ну, это звучит почти убедительно, – хмыкнула, сделала шаг ко мне, захватывая в свои крепкие объятия. – Котик, говорю нашим оболтусам, и тебе скажу: не держи эмоции в себе, хуже будет. Лучше выскажи, выкричи, выплачь.

Не держи в себе. Если тебе будут нужны мои уши или мое плечо, помни о том, что я рядом.

– Я бесконечно благодарна тебе, Сара. Правда, – я отпрянула от девушки, посмотрела ей в глаза. Улыбнулась искренне и мягко.

– Хотя бы в этом случае ты говоришь откровенно, – лицо Сары просеяло. – Крису, так понимаю, говорить о слезах мы не будем? – Карани лукаво сощурилась, а я спешно закивала.

– Я понимаю, что всем нам страшно. Что все растеряны и опустошены, но смотря на вас, я стараюсь соответствовать и держаться.

Так сказать, следую завету Льюиса "не отчаиваться".

– Знаешь, Штеф, как бы Крис не продвигал эту идею в массы, он сам порой забывает об этом. Или предпочитает забыть. Так или иначе, нужно собственный непоколебимый стержень иметь, чтобы действительно постоянно себе об этом завете напоминать. Как бы там не было, мы ведь бойцы не по профессии, а по духу? А потому все нам под силу. Прорвемся, правда? – я обмерла, глядя на Карани.