(Не) моя Днк

Перевернул форму прямо на стол, и ледяные кубики запрыгали по поверхности.

Аня быстро собрала их в прозрачный пакет и протянула Саше.

– Я сейчас пойду, помою пол в гостиной, – начала она, наблюдая за тем, как он прикладывает холодное к шее. – Соберу стекло, постараюсь аккуратно протереть пятно на обоях… Прости, Саша… Ты нас, наверное, теперь выгонишь, да?

– Не говори глупости! – прохрипел друг, удивленно на нее уставившись. – Никуда я вас не выгоню, ты же моя Анюта, сколько лет дружим.

– Наверное, я могла бы поехать в гостиницу, – забубнила Аня.

– Что-то мне подсказывает, что минотавр заблокирует тебе доступ к средствам, если еще этого не сделал. Ты не проверяла карту?

– Не-а… – помотала она головой, и шмыгнула носом. – Спасибо, что не выгоняешь…

И пошла прибирать гостиную.

Саша через некоторое время пошел спать, а она, смыв с пола остатки вина и убрав все осколки, отправилась в ванную. Долго стояла под душем, силясь понять, как же так вышло, что у нее теперь ни дома, ни любимого мужа. Плакала под струями воды, горюя об утраченном счастье.

Самое ужасное, то, чего она больше всего боялась в жизни, случилось. Точнее, случился самый страшный сценарий из всех ею придуманных, а придумала она за четыре года этих сценариев великое множество.

Саша уступил ей с Лейлой свою кровать, сам устроился в гостиной на стареньком диване. А больше мест в крохотной двушке, которую он снимал, и не было.

Аня долго вертелась рядом со сладко посапывающей Лейлой, но так и не смогла уснуть. В шесть утра выскользнула из кровати и пошла на кухню. Долго пила чай, который остался стоять на столе со вчерашнего дня. Смотрела в окно, дожидаясь рассвета. Даже свет не включала.

Вздрогнула, услышав чьи-то шаги, и прищурилась, когда Саша включил на кухне свет.

– Анюта, а ты чего не спишь? На улице ранняя рань! – Он принялся тереть глаза.

– Как-то после вчерашнего не спится, – вздохнула она и продолжила с болью в голосе: – Тигран меня никогда не простит… Скоро как звать меня забудет.

Саша включил чайник, достал банку с растворимым кофе, чистую чашку, ложку. Сыпанул себе щедрую порцию, добавил три ложки сахара. Залил это кощунство кипятком, громко помешал ложкой.