(Не) моя Днк

Удивительно, как не проснулась, должна бы, учитывая, как он тут пошумел.

Будто дверь в другой мир открыл, ей-богу. В мир, где нет отвратительного мордобоя, ревности, предательства, где все спокойно и прекрасно, прямо как личико Лейлы, освещенное желтым светом ночника. Еще недавно весь мир Тиграна был таким, и как жаль, что все это оказалось ложью.

«Не моя! Не моя! Я же не люблю детей, которых вижу на улице, так? Она имеет ко мне ровно такое же отношение».

А в груди жгло, давило, распирало больное чувство к этой крохотной девочке.

Три года он растил малышку, баловал, имя сам дал… Может быть, дело как раз в имени? Поэтому такие глубокие чувства? Ведь общей крови нет.

– Не трогай ее! – услышал он возмущенный шепот Ани.

Жена подошла к нему и теперь сверлила злым взглядом.

В этот момент Тигран понял – если он не хочет всю оставшуюся жизнь мучиться, нужно резать по живому, резать и прижигать.

Он не на улице Лейлу оставляет, а с матерью, которая и должна заботиться о нагулянном малыше. Это не его ребенок, не его проблема Его жена – лгунья и предательница, она целых четыре года водила его за нос. Нет ей за это прощения, и облегчать ей жизнь заботой о плоде ее измены Тигран не будет.

– Подумай о том, чтобы сменить ей имя, – пробурчал он, уходя.

Глава 7. Так ли сильно она виновата?

Когда за Тиграном закрылась дверь, Аня поспешила ее запереть и выдохнула с облегчением.

Аня сразу же поспешила в ванную, куда ушел Саша.

Застала друга разглядывающим свою шею перед старым, слегка заляпанным зубной пастой зеркалом.

– Вот это хватка у твоего благоверного… – бурчал он, трогая красные пятна, активно проявляющиеся на светлой коже.

– Прости… – простонала Аня.

– Ты-то чего прощения просишь, не ты меня душила, – хмыкнул он, прищурившись.

– Но из-за меня же… Я сейчас кубики льда высыплю в пакет и принесу тебе, наложим на шею, – пролепетала Аня и поспешила на кухню.

Пока воевала с формой для льда, которая никак не хотела выдавать содержимое, Саша вернулся на кухню. Молча сел на высокую табуретку, принялся следить за тем, как Аня пытается выковырять кубики из пластика.

– Дай я, – наконец буркнул.