Бракованная

Мне приятно до умопомрачения, но было бы в сто раз лучше, пусти Эва в себя мой язык. Любая была бы рада такому моему вниманию, а эта сжала зубы, и всё тут.

– Ну же, детка, это просто поцелуй…

– Вы не можете меня целовать! Не имеете права! – шипит она коброй.

Эта игра уже начинает надоедать. Не силой же ее брать, право слово. Могу и так, конечно, но я цивилизованный человек, в конце-то концов. Никого насиловать мне не приходилось, сами давали всё, что пожелаю.

И эта даст.

Снова пытаюсь поцеловать Эву.

– Отпусти… – шипит она и пытается увернуться.

Я резко отдираю ее руку от своей шеи и ору на нее:

– Совсем двинулась?

Она сжимается, отшатывается от меня, словно я собираюсь ей врезать.

Тогда-то и понимаю – для нее это не игра.

– Я не бью женщин, Эва! И не насилую их…

– Тогда отпустите…

Ну, это полный провал… Я секса хочу, а она тут рыдать собралась.

– Мы должны оставаться нетронутыми для наших будущих мужей… – всхлипывает она.

И тут я всё же складываю два плюс два. Раз она приемная дочь Габарашвили, значит, может быть одной из тех девушек, которых здесь воспитывают для удачного замужества.

– Ты одна из тех особенных невест? Тогда почему трудишься горничной?

– Мы все здесь работаем, у каждой своя роль, – отвечает она сдавленно.

Вспоминаю слова старого друга:

«Их там растят в труде и дисциплине, все девственницы, причем не просто девственницы, но вообще нетронутые в прямом смысле – даже за руку ни с кем гулять им не разрешают. Габарашвили там все знают, к девчонкам даже подойти боятся. Кроме того, за ними следят за пределами гостиницы, они гуляют только под присмотром. В общем, если ты хочешь нетронутую – это самый верный вариант».

– У тебя правда никого не было? – довольно усмехаюсь.

Она кивает.

– И даже не целовалась? – спрашиваю ради шутки, однако снова получаю в ответ кивок.

Так это был ее первый поцелуй?!

– Я приехал сюда за невестой… И выберу тебя, Эва! – решаю сразу озвучить свои намерения.

– Лучше не надо, – ляпает она и тут же закрывает рот ладонью.

– Я не понял… Не нравлюсь, что ли?!

Новое открытие заставляет нахмуриться.