Любовь или опека

– Это неудивительно,– с усмешкой начал герцог.– Сомневаюсь, что на земле есть такой человек, к которому ваша мисс Шеридан, была бы благосклонна.

– Ваша светлость, прошу вас, выслушайте меня.

Викториан молча подал знак, чтобы тот продолжал.

– Дело в том, что наша госпожа должна ему большую сумму денег. Какую-то часть суммы она уже вернула, а вторую пока нет, в поместье как вы заметили немного трудные времена. – Викториан кивнул. – Так вот этот мистер Жилбер,– с гримасой отвращения проговорил дворецкий.

– А ты смышлёный парень, – похлопал его по плечу герцог. – Пойдем, всё-таки проводишь меня. И прихватил с собой чековую книжку.

Войдя в библиотеку, Викториан наблюдает такую картину: этот Либрес развалился в «ее» кресле и пьёт «его» виски. Как только герцог увидел этого лысеющего, но как ему кажется тщательно скрывающего это, зачесывая три волосины набок, не самое лучшее подобие мужика, ему захотелось, как максимум его придушить, как минимум затолкать виски вместе со стаканом тому в глотку.

Увидев герцога Жилбер вскочил, едва не пролив на себя виски, и протянул свою потную руку.

– Герцог Ронвелл, щебетал тот,– я так рад с вами познакомится.

Викториан посмотрел на руку, величественно прошёл мимо него и сел за стол.

– Для начала, не герцог Ронвелл, а Ваша Светлость.

Жиблер в недоумении опустил руку. – Ваша светлость, я Жилбер Либерти.

– Мне плевать, как вас зовут мистер Либрес, – сделал акцент на слове «Либрес».– Вас сюда никто не звал и задерживать не собирается. Поэтому перейдем к делу. Сколько?

– Что сколько? Я вас не понимаю.– Заморгал Жилбер.

Викториан стукнул кулаком по столу, от этого старикан как показалось герцогу, чуть не отдал Богу душу. Ему даже стало смешно, но он не подал виду. Открыл чековую книжку, написал внушительную сумму и протянул ее Либерти.

– Я думаю, хватит?

– Да ваша светлость, более чем,– заикаясь, промолвил Жилбер

– Значит, избавьте меня от своего присутствия. Только сначала напишите расписку, о том, что мисс Шеридан вам больше ничего не должна.

Либерти сразу же принялся за расписку, а Викториан в ожидании отошёл к окну.