Мертвая авеню

При мысли о том, что я буду жить здесь, вероятно, до конца своих дней, я почувствовала, как желудок сжался в тугой комок. Будь моя воля, я по-другому бы распорядилась своим местом жительства. Чья-нибудь заброшенная квартирка – и та лучше.

– Ну, может быть, – я пожала плечами и обняла плечи руками.

По коже побежали мурашки, отчаянно пытаясь защитить меня от холода. Едва ли это помогало согреться.

– А ты зачем пошла за мной? – спросил Квентин и подошел ближе.

Наши лица разделяли считанные сантиметры. Я чувствовала его горячее дыхание, мое тело рвалось к теплу.

Я посмотрела парню в глаза. Не знаю, что именно я увидела в них, но больше всего это было похоже на надежду и беспокойство. Квентин был глубоко несчастен. Как и все мы.

– Просто хотела узнать, все ли в порядке. Кажется, у тебя все хорошо? Значит, я пойду обратно, – я попятилась назад, не разрывая зрительного контакта с ним.

Его грустные серые глаза, густые темные брови, мужественный нос, пухлые губы и легкая щетина на его лице, – все это теперь казалось мне таким знакомым, но при этом зоной, где следовало быть осторожной.

Я сделала еще один шаг, когда он схватил меня за руку. Наши пальцы переплелись, и я почувствовала прилив тепла, которое сейчас распространялось по моему организму, и я буквально ощущала его движение внутри себя.

– Останься со мной, – выпалил Квентин. Я видела, как ему было плохо. Он был похож на щенка, лишившегося всего, что он когда-либо ценил. Я сжала его теплую ладонь. – Не все в порядке.

Сработало.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, в недоумении нахмурившись, когда он потянул меня за руку и повел вверх по лестнице.

Мои каблуки громко стучали о бетон.

– Я хочу увидеть свет, – сказал он, не глядя на меня.

Я быстро перебирала ногами, едва поспевая за его широкими шагами. У меня ведь ноги короче! Мог бы и поддаться бедной девушке!

– Ты хочешь путешествовать? – удивилась я, спотыкаясь о неровности дороги. Я добилась совершенной походки на каблуках, но этот коридор был полон сюрпризов в виде различных неровностей: ямочек и камушков.

 – Или тебе нужно на улицу? – спросила я, больше всего склоняясь именно к этому варианту.

Напутешествовались мы уже по горло – хватит на всю жизнь.

– На улицу, – был его ответ.

Я приподняла брови, но вопросов задавать не стала. У Квентина были проблемы с девушками в тесных помещениях? Или просто клаустрофобия? Почему бы нам не поговорить в здании?! На улице было холодно, а на мне был надет один лишь комбинезон.