Элизабет де Морель. Тайны улиц Москвы

Я посмотрела на дом и ощутила, как каждый волосок на моем теле поднялся в ужасе. Его дверь отворилась и что-то черное смотрело на нас своими красными глазами жаждущими нашей смерти. И этот звук, чьих-то приближающихся шагов раздающийся из темноты этого дома. Скрученная костлявая рука схватилась за дверь, показалось сморщенное лицо в бородавках, с носом крючком, из дома вышла старуха во всем черном. Она не отрываясь смотрела на нас.

– Как вы смели трогать холст? – спросила она, от одного голоса сердце готово было остановится.

Сергей перевернул картину опять и с ожесточением принялся резать её. Но все порезы срастались вновь и вновь.

– Это моя картина и мои русалки. Прочь руки от неё – прогремело в воздухе.

Бумаги поднялись в воздух и начали кружить в воздухе, образуя маленькое торнадо в комнате. В центре его была старуха, оно увеличивалось и набирало силу, уже столы и стулья летали в порывах ветра. Сергей не переставая резал полотно и в какой-то момент порезал свою руку, капля крови капнула почти в заросший порез холста.

И через секунду все прекратилось. Мы стояли и смотрели, друг на друга не веря, что всё закончилось.

– Это всё? – спросил он. С его пальцев капала кровь, такая теплая и вкусная, что я всеми силами старалась сдержатся чтоб, не набросится и не попробовать её.

– Похоже на то, – ответила я, отворачиваясь и облизала губы, которые пересохли от жажды. – Перевяжи рану.

– Да это пустяк. Царапина.

– Перевяжи.

– Но это ж царапина. По сравнению с тем что могло быть так и вовсе пустяк.

– Если не собираешься перевязывать я пошла.

– Хорошо. Хорошо. Поможешь?

– Не смогу. Не выношу вида крови.

Не говорить же, что еще один взгляд на его кровь и я не удержусь и попью её. Он перевязал как смог руку, и уставился на картину. Перевернул её в любую секунду готовый отскочить, но в ней всё вернулось на свои места.

– Что это было? И почему прекратилось? – спросил он меня.

– Я не знаю. Но кровь… Она же соленная, а русалки если жили в пресной воде не смогут жить в морской.

Но старуха… Кто она? Я не знаю. Может ведьма наложившая проклятье. Но судя по всему это не простое проклятье, раз она его старалась спасти от нас. Я где-то читала что ведьмы забирают жизни тех, кого убили. Может это как раз тот случай.

Глава 4.

Прошла неделя после дела в Третьяковской галереи, мы с Сергеем продолжали общаться, но я старалась уменьшить наше общение. Не к чему ему связываться с вампиром, да и учитывая какой жизнью я живу.