Путь единственной

И демоницы послушались, словно только и ждали команды.

Мишель опомниться не успела, как те схватили её за руки с двух сторон и повалили на кровать. В следующую секунду опомнилась, начала кричать и отбиваться, норовя достать девушек ногами. Но те действовали слаженно, словно не в первый раз и оказались не в меру сильными. Глядя на их хрупкие фигурки нельзя было заподозрить их в такой физической мощи.

Через несколько секунд Мишель вновь оказалась в том же положении, каким начался этот сумасшедший день. По печальному опыту она знала – пытаться вырваться – бесполезно.

– Приступайте, – холодная, равнодушная команда.

Когда по телу заскользили женские руки, Мишель выгнулась дугой, задергалась, и заорала с утроенной силой.

– Нет! Не смейте! Не трогайте! Нет!! Больные извращенцы!

Когда замолчала, чтобы перевести дух, Пробуждённый сказал:

– Она сорвёт горло.

Второй скомандовал:

– Кляп.

Мишель испуганно замолчала, надеясь, что они передумают. Не вышло.

Одна из девушек споро затолкала ей в рот шар, а ремешки, что торчали по бокам от него защёлкнула на затылке. Отвратительно гладкий, прохладный, как раз такого размера, чтобы придавить язык и заставить её замолчать. И вместе с этим, несмотря на то, что свести вместе челюсти не удавалось, дискомфорта не причинял.

Из глаз хлынули злые слёзы.

«Вы за это заплатите», – хотела она пообещать своим мучителям, но была бессильна сделать это.

– Маску? – спросила у Пробуждённого демоница.

Тот покачал головой.

– Пусть видит. Пусть знает, что к ней прикасаются делают женщины. Подложи ей подушку, чтобы хорошо видела.

К первой демонице присоединилась вторая и вскоре Мишель полулежала головой и плечами на подушках.

– Барбело, вниз, – скомандовал Пробуждённый.

Мишель выгнулась дугой и захрипела, когда ловкие пальцы демоницы раздвинули складочки, а влажный шершавый язычок коснулся самого чувствительного местечка.

Словно обезумев, она принялась вырываться с таким остервенением, что вторая поспешила на помощь первой, усевшись на её бёдра лицом к Мишель.

Она склонилась к её груди, принялась ласкать соски, совершать круговые движения языком, прикусывать и посасывать.

Внизу прикосновения тоже возобновились. Нежные и очень умелые.

К своему ужасу Мишель ощутила, как её тело отзывается на них.