Пламя в крови

Мы учились вместе пять лет и…

По мере того, как я говорила, дракон продолжал жечь меня взглядом, ребята – сжимать внезапно похолодевшие пальцы, а ректор – хвататься за сердце.

Дракон всё-таки посмотрел на парней. Окинул, так сказать, взглядом. Таким, что у меня сердце ушло в пятки. Но спустя секунду, к счастью, обернулся к ректору. К счастью… или к несчастью…

– Нравы в вашей академии, ньор Корвус, оставляют желать лучшего, – сказал дракон. – Я вынужден принять меры.

– К-какие меры? – запнулся ректор, а я закашлялась, но смолчала. Потому что парни вовремя и синхронно отдавили мне ноги.

– Прежде чем забирать ньориту МакДжин в Драгуа-Ратх, мне нужно убедиться в её невинности.

Глава 4

Большего позора, я, наверное, в своей жизни не переживала. И, что-то подсказывает, вряд ли переживу. Нет, конечно, драконы не делали тайны из того, для чего им нужны человеческие женщины. Ласаир, отмеченные пламенем… и такие, как я, без метки, но способные зачать и выносить ящерам наследников…

Но слова дракона, прозвучавшие в звенящей тишине раскатом грома… это… это ни в какие ворота!

Что значит убедиться в моей невинности?

Это каким, простите, способом?!

В особенности учитывая саму ситуацию… мы обнимаемся с ребятами, с Ольшеном и Расмусом, втроём, да.

Да мы… Да мы здесь, в Альдейн, все друг за дружку горой! Мы за пять лет обучения ближе иных родственников стали! Когда я на летней практике лодыжку вывихнула, ребята двадцать километров тащили меня на своих плечах до лагеря! И никто слова не сказал! А когда Анисе мавки глаза отвели и заманили на дурман-поле, и мы её, сонную, оттуда вытаскивали?! Я тогда щит плела, чтобы поближе подобраться и самим рядом не свалиться, а Расмус с Ольшеном по очереди на руках несли, пока до магистров не добрались.

Да что там чевири! А спарринги, занятия по целительской магии, совместная медитация в движении, танцы стихий… Это куда? Да любой маг знает, что разбазаривать энергию до её стабилизации чревато потерей магической силы.