Крылатая парусами

Инкогнито вроде как, без свиты. Всего десяток дружков-головорезов при нём был, из «коалиции». Но всё равно принимали со всем размахом.

Киаран злилась до белых глаз. Мало ей своих забот, так ещё исполняй роль радушной хозяйки, развлекай венценосного болвана!

Вести, опять же, с границ неспокойные, сталь на доспехи поставили коррозией побитую, управляющий из дальнего поместья руку в хозяйский карман по самый локоть засунул… Вот чем заниматься бы. Мало ли забот у леди. А тут будь добра за столами сиживать, смотреть на их пьяные рожи, да на то, как «первый свет королевства» посуду бьют да служанок лапают.

Киаран, правда, подсобила с последним обстоятельством, как смогла.

Вместо верных замковых слуг и служанок, которых на такое непотребство нипочём бы не отдала, даже если б хотели, дисциплина в замке была железная, высоких гостей подносами обносили шлюхи да просто гулящие девки в чепцах-передниках. Они, по наказу госпожи сопротивлялись даже немного, для виду, смотрели испуганно, но за пару десятков серебряников чего ж не посмотреть.

Так вот в первый же вечер, когда Киаран, отбыв, наконец, свою каторгу (это она про себя так ужины в компании принца называла), пожелав всем доброго вечера и времяпрепровождения, пошла к себе, Дино, идиот слюнявый, за ней увязался.

Долго запертую дверь кулаками охаживал, даром что та дубовая.

Потом поунялся, видать подустал, слышалось, опять же, женское хихиканье (девицу потом Киаран в двойном размере отблагодарила).

Так и повелось с тех пор – неделю пытался к ней в опочивальню, как к простолюдинке какой, просочиться своей медвежьей комплекцией. Только злил да спать мешал, а шлюхи меж собой передрались и волосья друг дружке повыдирали, кому от госпожи принца отваживать да двойной гонорар получать…

В общем, та ещё неделька была.

Опять же, шлюха с подбитым глазом и выдранными волосами не может выглядеть полноценно в глазах высшего света Таллии, так что побитых девок приходилось новыми заменять чуть не каждый день.

Одним словом, ощущала себя Киаран под конец высокого визита разбитой, что та склянка.

Но как принц прощаться стал (Киаран, хоть никогда особо богобоязненной не была, думала по их отъезду в маг-храм бежать, поклоны бить да лампадку вешать), попросил о личной аудиенции.