Эхо прошлого

 – Поехали дальше, ладно?

Но Эрман встал как вкопанный.

– Мне надо посрать.

– Что? Давай тогда побыстрее.

Йен отвернулся, он еще раньше заметил, что мальчишки всегда тщательно прячутся, когда справляют нужду.

Меж тем Герман ушел вперед: спутанная копна грязных белокурых волос уже едва виднелась ярдах в двадцати вниз по склону. Йен однажды предложил мальчишкам подстричься, раз уж они не расчесываются, или хотя бы умыться в знак уважения к родне, которой, возможно, придется забрать их к себе, но оба предложения были встречены яростным отказом.

Йен подумал, что, к счастью, ему не нужно следить за тем, чтобы маленькие паршивцы мылись. Да и, честно говоря, умывание не помогло бы им избавиться от вони, учитывая состояние одежды, которую они, видимо, не снимали несколько месяцев. По ночам Йен укладывал сорванцов спать с другой стороны костра, надеясь, что вши, которые у них так и кишели, не доберутся до него и Ролло.

Он задался вопросом, почему младшему мальчишке родители дали такое странное имя.

Неужели только из-за того, что оно рифмовалось с именем старшего?

Оглушительный рев Кларенса вырвал Йена из раздумий. Он зашагал быстрее, коря себя за то, что оставил ружье притороченным к седлу. Ему просто не хотелось идти к дому вооруженным, вот и…

Снизу раздался пронзительный вопль, и Йен нырнул в заросли у тропы. Крик внезапно оборвался, и Йен стал спускаться так быстро, как только мог, не поднимая при этом шума. Пантера? Медведь? Нет, Кларенс тогда бы ревел словно бешеный, а сейчас он храпит и взвизгивает, как будто видит…

Кого-то знакомого.

Йен замер, притаившись за куртиной тополей. У него похолодело сердце.

Арч Баг повернул голову на едва слышный шорох.

– Выходи, парень, – велел он. – Я тебя вижу.

Он не лгал: старческие глаза уставились прямо на Йена, и тот медленно вышел из-за деревьев.

Арч забрал ружье Йена – оно висело у него через плечо. Одной рукой он сжимал горло Германа; лицо мальчишки налилось кровью от удушья, а ноги дергались в нескольких дюймах от земли, как у издыхающего кролика.

– Где золото? – напрямую спросил Арч.

Белые волосы старика были аккуратно завязаны, и, судя по всему, он вполне благополучно пережил зиму. Наверное, нашел, с кем перезимовать. Интересно, где? Может, в Браунсвилле? Чертовски плохо, если он рассказал Браунам о золоте, впрочем, старина Арч – стреляный воробей и не станет распускать язык с кем попало.

– Там, где ты его никогда не найдешь! – резко ответил Йен.