Бегство

Поворачиваясь, он зацепился брюхом за столик, тут же опрокинув его, – Такой высоко начитанный, высоко мудрый человек! Бывший советник светлейшего величества! А ведёт себя, как последний сапожник – ругается, угрожает! Ох, не хорошо!

– Не уберёшься сам, я выкину тебя силой… на тот свет!

– Эх, колдун, колдун, – Толстяк хитро прищурил и без того невероятно суженые глаза, – Не позволит ведь тебе совесть твоя убить безоружного человека.

– Убить не убью – тут ты прав… но покалечу!

Мерлин вытянул правую руку вперёд, готовясь выпустить до боли обжигающую ню в это жирное тело, всерьёз вознамериваясь перекрошить кости бандиту, но тот, как бы не замечая, подплыл к окну и заметил, вдыхая уличный воздух.

– Душно у тебя, колдун, ох душно.

Из-за распахнутых ставен выглянули два лихих стрелка, мигом взявшие старика на прицел.

– Ты столь глуп, что считаешь стрелы своих душегубов быстрее моих чар? – усмехнулся Мерлин, глядя в лицо обернувшегося Толстяка.

– Эх, старик, а я ведь надеялся, что мы сумеем договориться.

Два разумных человека… Даже подумывал сохранить тебе жизнь… Но ты слишком упрям!

Поздно чародей заметил, что за его спиной уже занёс меч жилистый парень, а в сенях толпятся не менее полудюжины его подельников, вооружённые кто чем, лишь бы тяжёлым и острым. Он скорее почувствовал, чем увидел широкое лезвие опускающегося на его шею клинка.

Ланс и Джеоф, весь обзор которых занимала нижняя часть спины Джека, непонятно как вообще протиснувшаяся в дом, тоже ничего этого не увидели, иначе тут же кинулись бы на помощь старцу…

Но для чародеев не бывает слишком поздно, когда они имеют дело с простыми смертными.

Часть рвущейся на волю ню Мерлин в последний момент успел бросить на свою защиту, получше всякой там брони отразившей летящие в него стрелы и клинки. И уже в следующий миг накопленная им мощь пронеслась по дому, круша всё на своём пути, сотрясая стены и ломая, выкручивая кости запоздавшим головорезам. Дикий крик боли разнёсся по всей округе, заставляя матерей покрепче прижимать к груди свои чада, а их мужей запирать плотнее двери и хвататься за оружие, имевшееся в каждом доме.

Бешеный поток, управляемый Мерлином, перемолов кости ворвавшимся в лачугу разбойникам, устремился через распахнутую дверь дальше на улицу, калеча их столпившихся снаружи подельников. Страшные переломы выдирали из их глоток жуткие крики, а разорванные раны обильно оросили высохшую землю дымящейся алой кровью.