Карфаген 2020. Восхождение

 – Но вы-то при чем? Вас-то зачем арестовывать?

Она пожимает плечами, оборачивается на шелест отъезжающей двери и бросается на Лекса, целует его, нашептывая: «Слава богам, живой». Парень же глядит на меня, хочет что-то спросить, но Надана сжимает его в объятиях, перетягивает внимание на себя.

Следующим, нервно озираясь, порог переступает маори Тейн, замирает, его брови взлетают, глаза округляются, губы растягиваются в улыбке, и белоснежные зубы контрастируют с коричневой кожей.

– Льеон?

Потеснив его, входит карталонец Вэра – как всегда фундаментальный и невозмутимый.

Он будто и не рад своему освобождению, смотрит на меня в упор и спрашивает:

– Что тут происходит? Это очная ставка? – Он поворачивается к Лераттону. – Дознаватель?

Хлопаю в ладоши, чтобы привлечь внимание.

– Начнем с того, что я безумно раз вас видеть в целости и сохранности, и у меня только хорошие новости. Я вас отсюда вытащу, и очень скоро. У нас высокие рейтинги на шоу, и зрители очень недовольны тем, что нас задержали.

Настолько недовольны, что вышли на улицы с требованиями признать нас победителями и освободить. – Надана отвешивает челюсть, даже о Лексе на миг забывает, Тейн продолжает улыбаться, Вэра хмурится. Продолжаю: – Эйзер Гискон согласен выполнить их условия.

– Какие? – Вэра вскидывает бровь, не веря своим ушам.

– Освободить нас и дать то, что было обещано победителям. Все хорошо, расслабьтесь!

– Сам Гискон согласен? – прищуривается Лекс, зато Надана подпрыгивает с криком «Йо-хо», едва не ударившись головой о потолок.

Даже с Вэры слетает невозмутимость, он хлопает округлившимися глазами, собрав кожу на лбу гармошкой.

– Условие Эйзера: я успокаиваю толпу, он делает нас победителями Полигона.

Вэра все так же скептичен.

– Ты уверен, что получится?

К нам подходит Лераттон и молча включает коммуникатор, находит канал, где транслируется митинг, протягивает Вэре.

– Обратите внимание на транспаранты.

Карталонец смотрит в экран, оттопырив губу, и – неужели? – улыбается.

Коммуникатор идет по кругу, к Надане попадает в последнюю очередь, и она говорит:

– Ты уверен, что они тебя послушают?

Беру из ее рук коммуникатор, возвращаю Лераттону. Я не могу им рассказать, что протесты отчасти срежиссированы, потому говорю максимально уверенным голосом:

– Все получится, уже почти получилось. Но вам придется некоторое время провести здесь.

– Как заложникам? – интересуется Лекс.

– Нет. Просто пока нельзя светиться.