Приключения на небесах

Раскрыв рот от изумления, он вглядывался в их глаза – огромные, круглые, мутно-зеленые. Глаз было всего шесть, и на троих это, вроде бы, считалось нормальным.

Однако распределены они были уж очень неравномерно. У первого из стражников глаз был всего один, и располагался он аккуратно над переносицей. Лицо второго стражника выглядело обычно, если не принимать во внимание размеры и дикий, устрашающий вид. А вот у третьего глазниц было сразу три. К счастью, его третий глаз, расположенный посреди лба, открывался лишь изредка, но зато когда его взгляд втыкался в человека, тот чувствовал, что его пронизывают насквозь.

– Чего надо? – грубо спросил первый стражник – тот, у которого был всего один глаз.

– Мне бы к Трояну, – дрогнувшим голосом пролепетал Немил.

– Зачем тебе? – спросил второй, скорчив при этом такую гримасу, что сразу перестал казаться обыкновенным.

– Дело у меня до него. Очень важное! – сбиваясь и путаясь, начал объяснять человек. – Мне сказали, будто Троян – единственный, кто может помочь спасти душу от пекла.

– Мы спасением душ не занимаемся, – вперив в него третий глаз, проговорил последний из стражников. – Ступай, откуда пришел.

Все трое повернулись и двинулись обратно к воротам.

– Подождите! – пугаясь, выкрикнул человек. – Как вы не поймете? Мне Троян позарез нужен! Лиходей утащит мою душу в пекло, и мучиться мне до скончания веков. Мне бы один только вопросик задать!

– По таким пустякам пророка не стоит даже будить! – обернувшись, бросил одноглазый.

– Это для вас пустяки! – возмутился Немил. – А для меня – вопрос жизни и смерти.

Но стражники его даже не слушали. Они исчезли в узкой щели. Створки ворот захлопнулись с глухим стуком. Настала тишина, которую нарушали лишь голоса птиц, поющих прощальную песню солнцу.

Кудесник уныло побрел на поляну. Огненная колесница Дажьбога уже начинала спускаться с небесной дороги, показывая, что близится вечер.

Немил поежился и пробормотал:

– Провести ночь в этом заколдованном лесу? Да меня тут заживо сожрут.

Он скинул с плеча суму, вытряхнул из нее волшебный котел с ковшиком и разворошил сапогом мокрый снег, под которым еще виднелись остатки прошлогодних трав.

Медовый луг еще не успел освободиться от снежного покрова. Белое одеяло укутывало прошлогодние травы, засыпанные жухлыми листьями Мироствола. Но само Древо миров уже начинало цвести.