До края. Пролог

Руки его как обычно были все белые от кончиков пальцев до запястий. Мелкие крошки потерялись в бороде. Усталые глаза щурились от солнечного света и даже не сразу увидели приближающегося Эрика.

Многие избегали общения со старым скульптором. Особенно после смерти двух его сыновей все только и ждали, когда и он помрёт, чтобы урвать себе кусок от скудного наследства без хозяина. Однако Арнольд ещё выживал на какие-то гроши. Главное, чтобы никто не пришёл к нему как-нибудь ночью с топором… Видя Эрика, скульптор всегда радовался, – бедному старику было совсем не с кем разговаривать, а таким людям, как он, это было очень необходимо.

Правда, Эрика часто донимали его скучные монологи об искусстве, жизни, Боге, даже рассказы о давней войне, в которой дядя Арнольд принимал непосредственное участие, которые из уст старика скручивали уши в тонкие трубочки, и, если напихать туда табака, можно было их выкурить, и не один раз, пока старик говорил – и то полезнее будет.

– Дядя Арнольд, – помахал рукой Эрик, не будучи до конца уверенным, что старик это увидит.

– А-а, Ерик! Проходи, садись-садись, – хрипло заговорил Арнольд.

– Нет, – без стеснения отказал блондин. – Мне бы только… хотел у вас попросить цветов сорвать.

– Вот как, – старик посмотрел на пышные кусты вдоль низкого забора. – Только сорвёшь ты уже не цветы.

– А что же?

– Мёртвые цветы, – прозвучало логично, однако такое резкое высказывание очень смутило Эрика.

– Ну, мне нужны цветы, – не зная, что ответить, повторил мальчик.

– Нужны, не нужны, а ты их убьёшь.

– Но я… И что? Они же всё равно неживые.

– А как же… – Арнольд нежно взял в ладонь ветвь и приподнял. – Они растут, плодятся – почему же неживые?

– Да… – Эрик совсем запутался. Он не понимал, что говорит скульптор, и хотел только поскорее взять цветы и пойти. Он протянул руку.

Старческие глаза не сразу заметили манёвра. Арнольд только вздохнул и сказал:

– Ты поймёшь потом. Маленький ещё. Хотя, кто знает, что лучше – жить счастливо и без понятий или страдать от многого ума?

– Спасибо, дядя Арнольд! – помахал ему Эрик, сжимая в руке сирень.

Скульптор печальным взглядом проводил неопрятный букет ярких цветов и почему-то улыбнулся. «Калечить природу – это в человеке от рождения. И почему так? Может, природа сама хочет смерти?» Под аккомпанемент странных мыслей старик вернулся к работе.

А вот Эрик тем временем с нескрываемым трепетом подходил к высокому терему.