Рунное наследие. Вдыхающая жизнь

Но это всегда происходило на нейтральной территории. Чтобы кто— то напал на семью, ещё и в их доме – такое вероломство случалось редко.

Когда луна заметно поднялась вверх, а на улицах уже мало где встречались окна, подсвеченные тусклым пламенем свечей, напротив дома Брола показались три силуэта. Один принадлежал человеку высокому, второй – низкому, а третий – плечистому. Лишь тот, который был ниже всех, судя по контуру тени, держал в руках холодное оружие – то ли короткий меч, то ли длинный кинжал? Но вкупе с невысоким ростом это оружие смотрелось вполне органично.

Бандиты решили зайти в дом со двора. Первым шёл как раз тот самый коротышка с оружием, а завершал группу высокий. Стоило им легонько толкнуть дверь, как та податливо и плавно раскрылась, а главное, бесшумно – хозяин дома всегда смазывал петли, стоило тем начать хоть немного скрипеть.

Очень медленно, ступая лишь на носки, вооружённый бандит сделал несколько шагов и замер. Он не сразу понял, почему в комнате так темно, несмотря на лунный свет, но когда перевёл взгляд с пола на окно, тут же увидел причину.

Совершенно не шевелясь, там кто— то стоял. В полумраке с трудом можно было различить черты, но, даже не видя лица, каждый из троицы ощутил на себе колючий взгляд, обращённый прямо на них.

Мелкий сглотнул.

– Позвали бы во двор, – тихим, но твёрдым голосом человек у окна обратился к непрошеным гостям. – Я бы оставил вам жизни. Но вы влезли в мой дом. Значит, жалеть не буду, – в словах звучало спокойствие, словно речь шла о рубке дров, а не лишении жизни.

– Слышь, ты! – гаркнул самый высокий, но его перебили, причём таким тоном, что становилось понятно – лучше делать так, как говорят.

– Замолкни. Вышли все, – всё так же спокойно, но твёрдо звучал голос хозяина дома.

Воцарилась тишина, полная немых вопросов и недоумения. Бандиты не знали, как поступить. Наконец тот, что стоял у двери, которому стальной аргумент в руках придавал уверенности, всё же ответил:

– Ты не в том положении, чтобы командовать, понял? Будешь нас слушаться, так уж быть, мы поиграем с твоими женщинами, а затем убьём их не на твоих глазах.

Хотя… – коротышка сделал вид, что задумывается, но не выдержал и мерзко засмеялся, а когда приступ злорадства прошёл, добавил: – Нет. Всё же ты будешь наблюдать. И умолять. А знаешь, почему?

Тишина. Брол знал, что лучше выведывать сведения у людей не под принуждением, а в добровольной атмосфере, поэтому молчал.