Мутация. Начало

– То есть это когда-то были обычные люди, а теперь превратились хрен знает во что? – предположил щуплый Петр, водя ладонью по ржавому боку «буханки».

– Слышали про вирус? – спросил Василий. – Это что за штука такая, что людей так коверкает? Неужели с нами такое же может быть?

– Мне кажется это какие-то американские эксперименты опять, – предположил кузовщик. – Или китайские. Вечно оттуда всякая пакость лезет.

– Если оттуда, то чего границы не закрывают? – задал резонный, в общем-то, вопрос Василий.

 – У нас ведь тоже эти бродят. Народ поговаривает, что их быстро отлавливают и куда-то увозят. Видать изучают. Препарируют.

– Да, народ чуть ли не в каждом дворе их видел. – подтвердил Петр, – И менты, вон, носятся, как угорелые. Значит много у нас этой заразы. Только по телевизору говорят, что опасаться нечего, случаи единичные и скоро все само пройдет.

– Ага, у нас все само проходит, – усмехнулся Василий. – Как триппер – капать перестало, значит прошло. Целая страна вот так взяла и «прошла», а мы сидим, лопухи развесив.

Даже лапшу уже не снимаем. Привыкли.

– Началось, – выдохнул Петр. – Завел старую шарманку. Тебе что, живется плохо? Квартира есть, машину, вон, новую купил, жена, ребенок.

– Ну, да, жену и ребенка мне президент лично выделил, – захохотал Василий. – Спасибо ему огромное. Только машина моя в кредит на пять лет. Хорошо хоть квартира от родителей досталась. Да и то пришлось им дом в деревне покупать, чтобы разъехаться. А так, в ипотеку бы пришлось лезть на четверть века.

Здорово.

Я слушал вполуха. Ничего нового от моей компашки услышать я не ожидал. Все эти россказни говорены-переговорены на сто рядов. Вступать в ненужную полемику не хотелось. У каждого своя правда.

Словно в подтверждение слов кузовщика, совсем близко завыла сирена. Василий аж вздрогнул от неожиданности.

– Ладно, побалакали, и будет, – резюмировал я. – Продолжим вечером, когда Толстуха уйдет.

И вновь прохлада бокса, грязное брюхо «Патруля» и куча матюков, которые я привычно складывал на гайки и болты, что упорно не желали выкручиваться.

Но такова тяжкая доля механика. Тем более, что я тут и за моториста, посему забота о всех сношениях с движком тоже на мне. Но, повторюсь, работа мне реально нравилась. Особенно если Толстуха не подгоняла.

Отработавшие свое элементы подвески я складывал в железную тележку. Мы с мужиками собирали всякий лом и раз в две недели вывозили его в металлоприемку.