Откуда берутся герои

Он взял поданный Наставником Ормием льняной балахон и быстро оделся, затем обхватил ладонями обритую голову, силясь собраться с мыслями.

«Обритую? Пред погружением в Купель Испытания послушников традиционно лишают всех волос на теле. Наставник… Он мой наставник? Нет, Наставник – это ранг в ордене, четвёртый и высший. Послушник – испытанный – умудрённый – Наставник. Путь служителя Ордена – направлять и поддерживать страждущих и сомневающихся, вразумлять, но не править. Качества служителя…» – он с силой потёр лицо и взялся за ворот балахона, – «Лён.

Но это же не лён! То есть, лён, но не такой как там, другое растение, оно называется, называется… Лён? Как же так, слово одно, но смыслы совсем разные… На каком языке я думаю?!»

– Ты мыслишь и говоришь на языке Создателя, – Ормий мягко улыбнулся, – Нет, сейчас я не читаю твоих мыслей, но все, прошедшие Испытание, приходят в замешательство от того, что забывают язык или языки, что мы знали там, на дне Купели. И все вещи и явления, что ты узнал в странствии, теперь в твоих воспоминаниях именуются словами из языка Создателя, на котором говорим мы все, а не теми словами, какими их называли обитатели мира, что ты покинул.

В памяти остаются лишь имена собственные, Создатель ведает – отчего. Это может сбивать с толку, но в этом нет ничего страшного. Почему, не ответишь мне?

– Потому что… Потому что Испытание – есть опыт прожитой жизни, что даёт мудрость, потребную служителю Ордена для дел его.

– Верно. Важен именно опыт.

Свершений, совершённых ошибок и последствий этих ошибок, что ты претерпел. Обувайся и идём.

Коэл торопливо сунул ноги в мягкие войлочные тапочки, в такие же был обут и Ормий, и последовал за ним.

– Создатель в мудрости своей даровал всем обитателям пяти миров единый язык, чтобы мы всегда могли понять друг друга. Да ты это и без меня знаешь… Когда я сам был на твоём месте и делал первые шаги в осмыслении пережитого, знаешь, что меня поразило более всего?

– Что, Наставник?

– Гуси.

Коэл поёжился. Действительно, отождествить опасных, покрытых прочными костяными пластинами летающих стайных хищников с неуклюжей домашней птицей из того мира было непросто. Разве что издалека похожи.

– Наставник Ормий, скажи, Испытание всегда отправляет нас в один и тот же мир?

– Как правило. В мир двух Америк, Евразии, Африки и Австралии, но эпохи случайны. Случаи, когда Испытание направляло нас в иные миры, известны, но редки.