Откуда берутся герои

– Как звали того слабоумного, что солгал нам о силе этих мест?

– Пиявка… Имени не припомню, а Пиявкой прозывали, тощий такой, а на лице меты ещё… – подручный усиленно морщил лоб, силясь вспомнить детали, но был прерван.

– Пустое. Я помню его запах. Я вырву его гнилой язык, утоплю в навозе и заставлю эту мразь его сожрать! Крах! Как же я разочарован.

Над площадью повисла тишина. Красноглазый вглядывался в крестьян и лицо его кривилось всё больше и больше. Молчание тянулось.

– Господин, убить их всех? – Горх, почтительно держа шлем перед собой, по-звериному приподнял верхнюю губу, обнажая чуть удлинённые клыки.

Банда одобрительно заворчала.

Предводитель ещё раз презрительно оглядел замерших в ужасе деревенских, потом его взгляд остановился на трупе Троллихи. Он подошёл к телу, шумно втянул воздух раздувшимися ноздрями тонкого носа и тихо произнёс:

– Нет.

Из крестьян как будто разом вышел весь воздух. Кто-то забормотал молитву, а разбойники стали недоумённо переглядываться друг с другом.

Недоумённо, а затем – предвкушающе.

– Нет! Я дам вам шанс, землеройки, – последнее слово он будто выплюнул, – Благодарите за него эту дохлую старуху, её искра горела ярко… Да будет поединок! – он вскинул вверх руку в латной перчатке, и банда радостно заревела и заулюлюкала, но тут же затихла, стоило руке опуститься.

– Правила таковы: бой один на один, до смерти. Когда ваш поединщик падёт, мы воспользуемся вашим гостеприимством и повеселимся как любим, – он глумливо осклабился, толпа отозвалась рёвом и улюлюканьем, – Но многие выживут, жечь нарочно ничего не станем.

Если же никто на бой не отважится – останется от вашей жалкой деревушки мёртвое пепелище! А если же случится чудо, и ваш боец одолеет моего, – в толпе раздались смешки и свист, – мы уйдём нынче же. Отделаетесь малой данью. Ну, кто готов помереть нам на потеху?

– Господин, дозволь мне? – так и не отошедший в общий строй Горх подал голос.

– Что? Помереть дозволения просишь? – с усмешкой обернулся красноглазый.

– А? Неее… Я за вас хочу, кишки их смельчаку по ветру пустить хочу.

– Дозволяю. Но поторопи их, слишком задумчивы.

– Ррраааа! – выхватив из ременной петли секиру, Горх сгорбившись прыгнул к деревенским и выставив оружие заорал – Ну, давай! Кто?! Ктоооо?! Может ты? Или ты?! – люди стали отползать от беснующегося воина, кто-то упал. Мужики пытались укрыться друг за другом, отводили глаза. Ведь у них появился шанс.