Я – другой. Книга 4

Бесформенные оболочки вместо силуэтов затаившихся бойцов давали на экранах чутких сканеров изображение, очень похожее на поле водорослей.

Маскировка, может, и была идеальной, но от неторопливого колыхания пластика перед самым носом и закрытого пространства у Гвоздева чуть не случился приступ клаустрофобии. Хотя он еще находился в относительно комфортных условиях. Гнев Полуденного Солнца и кислород исправно регенерировал, и температуру внутри поддерживал. Гемпы же были выряжены в обычные акваланги замкнутого цикла и гидрокостюмы.

Как только линкор-казино прибыл на рейд в порт Шанхая, на его борту под покровом ночи собрались все лидеры «Группы Шести». Вернее, почти все – Рома с Лаской все еще проходили реабилитацию. Прилетевший вместе с Пабло Мефодий до собрания нашел Гвоздева и сообщил, что смог переманить в свой исследовательский центр одного из лучших модохирургов Южной Америки и что тот сейчас колдует над девушкой.

Как и положено флагманскому кораблю, линкор имел шикарно обустроенный оперативный центр для проведения совещаний. Правда, в данный момент его мониторы были черны, а тактические доски покрылись толстым слоем пыли. Инженеры и механики оживляли системы, напрямую влияющие на боеспособность корабля и оборудование. Техника в оперативном центре в списке на запуск стояла отнюдь не на первых местах.

Гвоздев начал совещание штаба с необычного объявления:

– Предлагаю сменить индекс корабля на название. Военно-морской юмор – это хорошо, но у нашего флагмана должно быть нормальное имя. «Дядюшка Бо» для боевого корабля тоже мало подходит.

– Почему же? – буркнул Ли. – «Бо» переводится как «волна». Так что связь между именем и кораблем определенно есть.

– Нам не связь нужна, а воинские традиции. Поэтому предлагаю новое название – «Лис»!

– «Лис»? А где тут традиции? – не понял задумки Максим.

– Неплохо, – задумчиво поглаживая бороду, одобрил Ли. – «Яо-Ху». «Лиса-оборотень». В какой-то мере линкор сейчас можно назвать оборотнем. Очень интересный, глубокий подход. Я тобой восхищен!

– Да ладно! Философский подход тут ни при чем, – отмахнулся Гвоздь от восхищений. – Лисовский, Лис – так звали мужика, который одним из первых погиб в борьбе с Люминами. Хотя мы тогда даже представить не могли, против чего собираемся сражаться.