Империя Млечного Пути. Книга 2. Рейтар

Так что военное командование было отчасти право – потеря нескольких приграничных секторов, в которых, в лучшем случае, располагались маленькие научные станции, а то и вовсе сигнальные маяки, ничего не значило для остального государства. Конечно, если не считать, что с каждым сектором враги подбирались все ближе и ближе к обжитым мирам.

Или если не говорить, что иногда среди пустых секторов нет-нет, да и попадется планета с крупными роботизированными заводами на поверхности. Например Лилия Восемь, к которой теперь спешил крейсер «Грох».

Также сообщалось об активизации радиантов, аджайских сепаратистов, ратующих за независимость своей системы. Им ожидаемо дали отпор, загнав обратно в обширное астероидное облако, откуда они и вылезли.

Среди прочих, Юрия привлекла небольшая заметка из разряда «Происшествия», в которой сообщалось о гибели двух грузовых барж, прошедших через Арку и вместо нужной системы попавших в центр какой-то звезды. Жертв не было – баржи пилотировались автоматически, причиной инцидента названа ошибка в алгоритме построения маршрута.

– Действительно непонятно, – поддержал его Рэй. – Может, эта Арка осталась после какого-то научного эксперимента?

Поперек изображения выскочил объемный треугольник таймера. Юрий вздохнул, завозился на стуле.

– К лейтенанту пора идти? – догадался Рэй.

– Да, надо обсудить, что от нас требуется.

– Я тогда пока изучу сведения о планете, – поднялся Одегард.

Юрий кивнул, протянул руку к мерцающему в воздухе экрану. Но вдруг остановился, задумчиво пошевелил пальцами. Поднял глаза на товарища.

Тот все понял без слов.

– Ладно, пойду я.

Когда норвежец удалился, Гарин ввел в поисковик имя «Элли». Система мгновенно выдала несколько результатов, но ни одного нужного. Самое обидное, что Юрий напрочь забыл новую фамилию девушки, не помнил он и имен старухи-миллионерши, чье место заняла Элли.

Гарин вздохнул – он понимал призрачность попыток узнать что-либо о судьбе Элли из локального информационного пакета, однако в последнее время память так настырно подсовывала воспоминания о ней, что просто проигнорировать их Юрий не мог. Эти воспоминания пусть и были теплыми, милыми, но оставляли после себя тревожное предчувствие.