Колодцы Маннергейма

Соло сыграно безукоризненно, но Аглая морщится. У нее не «шляпное» настроение. Хочется другого… Больше всего – сесть в самолет, чтобы через несколько часов приземлиться в аэропорту Барселоны. Но это будет лишь в пятницу, а завтра на работе «совещательный» день, так что, если поразмыслить, стоит ограничиться еще одним коктейлем, последним, если уж без него совсем не обойтись, но сразу потом – домой, баиньки.

А где замазать этот последний, Аглая теперь даже не сомневается. Глядишь, и звонить отцу не придется.

Ноги уже несут ее из арки к ближайшему пешеходному переходу, чтобы перейти на другую сторону Белинского, оживившуюся ближе к ночи. Пока Аглая идет к перекрестку, из проезжающих машин ее обдает брызгами веселой ирландской музыки и хип-хопа. Белесая июньская луна висит над крышами домов неисправным еще с прошлых выходных манометром, когда в очередной раз зашкаливает давление в системе петербургских барных улиц. Ниже луны, под четырьмя этажами там-сям горящих разноцветных, как выставленных на стойку шотов, окон светится лимонная вывеска «B&B».

То, что «B&B» – это «Brides & Bitches», а никак иначе, посетителю становится ясно, лишь когда он берет в руки меню. Полностью выносить название на вывеску хозяева не рискуют.

На минуту назад освободившееся парковочное место напротив переполненной террасы «B&B», словно камень в воду, падает карликовый блестящий паркетник. Из него, игнорируя поток несущихся мимо автомобилей, шустрыми безмозглыми водомерками выскакивают четыре худощавые девицы.

Сбившись в стайку, они с хиханьками-хаханьками ныряют в двери «B&B». Те самые «brides and bitches», которым невдомек, что название ресторана владельцы позаимствовали у старого «прайватовского» порнофильма.

Узнавшая Аглаю хостес встречает ее улыбкой и вопросом, заказан ли у нее столик. Аглая отвечает, что нет, не заказан, но она ненадолго и присядет за барной стойкой.

– Конечно, – кивает хостес, – я провожу.

Она ведет Аглаю через весь ресторан, минимализм интерьера которого стильно контрастирует с нарядами гостей. В небольшом зале – полная рассадка, приглушенное освещение, чуть пересушенный кондиционерами воздух, лаунж в духе «Cafе Del Mar», звон посуды, пронзительный, привлекающий к себе внимание смех одной из «водомерок», затеявшей меняться местами с подругой, потому что «ну девчонки, на этом месте на меня свет плохо падает».