Хранители хаоса

Три девушки стояли на нем, облокотившись об невысокие перила и кидая в пруд хлебные крошки. Под мостом в воде собралась стайка рыб, с жадностью ловя угощение.

Йов остановился и прикрыл глаза ладонью – лучи солнца падали прямо на ровную гладь пруда, отражаясь от нее, как от зеркала. Девушек здесь собралось немного – не считая тех, кто стоял на мосту, их было пять. Две сидели на траве у пруда, две под ручку прохаживались вдоль кромки воды. И одна стояла у ивы спиной к Йову и глядела на мост и стайку рыбок под ним.

– Извините, могу ли я к вам обратиться? – сказал он, подойдя к ней.

Девушка повернулась к незнакомцу, сразу же прикрыв лицо веером из белых и нежно желтых перьев. Йов разглядел ее глаза, ярко синие, как осеннее небо, и длинные, чуть завитые ресницы. Брови девушки были черными и узкими, словно выведенными тонкой кистью. Голубое легкое платье, со скромным вырезом на груди, слегка развевалось на ветру, подчеркивая изящные изгибы фигуры.

Йов не видел большую часть лица куртизанки, но воображение дорисовывало его само. Изящный маленький носик, гладкие белые щеки, узкий подбородок, налитые розовые губы – вот что предстало перед его глазами.

– Здравствуйте. – Девушка сделала реверанс. Голос ее был нежным и легким, как утренний бриз. – Если вы желаете моих услуг, то приходите завтра. Сегодня у меня выходной.

– Нет, нет, – покачал головой Йов. Мысль о том, что он сможет оказаться с ней в постели, пробудила в нем восторг, но он быстро откинул ее. – Мне нужна информация. Вы не знаете, где я могу найти девушку по имени Шиала? Мне сказали, что она должна быть где-то здесь.

Куртизанка молчала, но по ее глазам ученик магистра понял, что она улыбнулась.

– Шиала – это я. – Она убрала веер, представив взору незнакомца всю красоту своего лица. Улыбка ее была милой, но немного грустной.

Воображение Йова подвело. Девушка оказалась гораздо красивее, чем он ожидал. Идеальные пропорции лица, чистая и гладка, как шелк, кожа, маленькая родинка на правой щеке, прямой изящный носик, круглый подбородок с крохотной ямочкой. Неудивительно, что именно она пришлась по вкусу Морку. В глубине души ученик магистра даже ощутил укол ревности за то, что столь прекрасное создание не делит с ним семейный быт, а занимается таким непристойным делом.