Даггер: Инициация

Жизнь меня научила много чему, но одно из правил я соблюдал беспрекословно: если хочешь понять, в какой социум ты попал, начни с фриков, порожденных этим социумом. В сложившейся ситуации Громила и Страшила, конечно, вряд ли попадали под понятие фриков, потому что их привезли сюда с дальних уголков Федерации, но и под описание «такие же, как все» они тоже не подходили.

Как оказалось, участников проекта было около полусотни, и примерно четверть из них составляли женщины. По заверению того же Громилы, лишь половину из всех контрактников, как навал нас полковник Геррот, составляли такие же заключенные и преступники, как мы.

– Сержант Хоксвелл! Неужели ты согласился?.. – услышал я голос за спиной. Обернулся.

Ко мне приближался Беннер Картер – человек, из-за которого я получил приглашение-требование поучаствовать в этом непонятном и крайне сомнительном проекте. Я его не видел много лет, но узнал сразу.

– Вольно, рядовой, – улыбнулся я, пожимая протянутую руку.

Беннер недоверчиво оглядел Громилу, скосил взгляд на Страшилу и чуть нахмурился, а потом уже посмотрел на меня.

– Я давно не рядовой, сержант, – сказал он, по-прежнему не выпуская мою ладонь. Хватка у него, надо признать, стала крепкой.

– Джозеф сказал, что тебе старлея дали. Надеюсь, заслуженно. А вот я тоже больше не сержант. Погоны сорвали еще восемь лет назад.

Беннер должен был знать об этом, но почему-то сделал удивленный вид.

– Вот как?.. Не страшно. Здесь теперь это уже значения не имеет. В этом проекте мы все равны.

– Кстати, о проекте… Должно быть, о нем ты знаешь больше остальных. Я прав?

Беннер снова недоверчиво поглядел на рослого Юниана и поджарого Страшилу и произнес:

– Отойдем?

Я кивнул, Беннер, наконец, отпустил мою руку, и мы отошли на пару метров от моих новых знакомых.

– Если ищешь друзей, то этих двоих в качестве кандидатов я бы тебе не рекомендовал рассматривать. Особенно того, что с татуировками, – произнес он полушепотом.

– Разберусь. – Я усмехнулся. Беннер все же изменился. Возмужал, стал более уверенным в себе. Все же я помнил его еще совсем зеленым. Во всяком случае, именно такое тогда складывалась о нем впечатление.