Арена 2: Вторая фаза

Но как второй заключенный погиб в каком-то из раундов, а Гигеон получил пси-травму, Перк по большей части стал держаться самостоятельно.

– Говорят, вы, мюнцы, собак жрать любите, а про людей чего-то не слышал, – дерзко произнес Айрекс.

– Это все наговоры завистников, – махнул рукой Перк. – Когда-то давно предки моего народа и вправду употребляли в пищу собак, но было это много веков назад, когда мы еще не переселились на Мюн, а жили на Земле рядом с другими народами.

– А что, на Земле разве были другие народы, кроме землян? – спросил кто-то из пленных.

– Мы все произошли от землян, болван, – сказал Виллис, чуть нахмурившись, и я вдруг подумал, что он бы отлично смотрелся в белом комбинезоне в какой-нибудь секретной лаборатории. И что он забыл в армии? – Просто климат и условия жизни на разных планетах изменили некоторых переселенцев, пустив развитие их генома по иному пути. Вот я, к примеру, с планеты Зеро. Практически у всех жителей моего мира волосы светлые, а у многих почти белые, как у меня.

Все это потому, что наше солнце испускает специфические лучи, открытые, кстати говоря, нашими же учеными, – он коснулся своей головы, а потом положил ладонь на узкое плечо Перка. – Жители же Мюна, откуда родом Перк, тоже подверглись какому-то особенному влиянию климатических условий своей планеты…

– Ерунду несешь, – снова махнул рукой азиат. – Мои предки всегда были такими. Моя семья ведет генеалогическое древо уже больше пяти веков. И на старых голофотках мои предки внешностью ничем не отличались от современных мюнцев, хотя и жили тогда еще на Земле.

Я, к примеру, похож на прапрадеда по материнской линии.

– Да вы там все друг на друга похожи, как земные обезьяны, – усмехнулся Айрекс. – Может, вы не размножаетесь, а просто клонируетесь?

– А тебе, может, поработать над чувством юмора? – передразнил Перк, точно подражая его голосу. Получилось так забавно, что многие заключенные заржали. Особенную роль в этом сыграл контраст во внешности – нельзя было найти двух настолько непохожих друг на друга людей, как Айрекс и Перк.

Айрексу это явно не понравилось. Он сразу нахмурился и уже без ухмылки произнес:

– Зато твое генеалогическое древо скоро прервется… на тебе.

Смех сразу же улетучился. Айрекс отлично умел портить настроение. Хоть сказанное предназначалось Перку, но каждый из заключенных воспринял все на себя. Участники прекрасно понимали, что до конца турнира доживут не все. Даже не так… Выжить должен только кто-то один.