Воскрешенная нежность

Бармен предложил сделать заказ, она попросила бокал белого вина и села на стул рядом с Виджеем.

– Спасибо, что починил вентилятор.

Эта задача была не из легких, поскольку в номере его могла застать горничная, но он справился и не пожалел об этом.

– Почему ты не ужинаешь в ресторане гостиницы? – спросил Виджей. По иронии судьбы он специально не пошел туда, чтобы избежать случайной встречи с Ориэль. Теперь же в тесноте возле барной стойки ее ноги почти касались его бедра.

– Там много туристов, а мне хотелось чего-то особенного.

Побаловать себя. Сегодня у меня день рождения. Ты тоже что-то отмечаешь? Как прошла презентация?

– Удачно. Но я просто решил выпить пива. – Виджей понимал, что должен скорее уйти. – С днем рождения!

Когда принесли вино, они сдвинули бокалы, и Ориэль, сделав глоток, заметно расслабилась.

– Трудный день? Чем ты занимаешься? – спросил Виджей, хотя знал ответ. Просто ему нравилось, как она склоняется к нему в шумном зале.

– Я модель. Сегодня был долгий кастинг.

Мне пришлось бесконечно повторять одно и то же с разными аксессуарами. – Она сняла воображаемые солнечные очки и округлила алые пухлые губы.

Виджей следил за ней как завороженный.

– Тебя взяли?

– Пока не знаю, но все прошло гладко. Возможно, это еще одна причина отпраздновать. – Она повертела в пальцах бокал. – Завтра у меня фотосессия, потом я возвращаюсь в Нью-Йорк.

– Ты живешь там?

– Нет, в Париже, но провожу много времени в Нью-Йорке, но еще больше в самолетах. – Ориэль сделала глоток.

 – А ты? Вероятно, подрабатываешь в отеле, пока раскручиваешь свою компанию? Почему Милан?

Черт, она думает, что он местный.

– Я здесь по делам. – Виджей старался держаться ближе к правде: – Мы базируемся в Мумбае, но планируем расширять бизнес. В Милане я расследую аферу, связанную с попыткой обмануть мою сестру.

– Вот как? – явно насторожилась Ориэль.

– Вижу, ты осуждаешь меня. Брату позволено быть сверхзаботливым, особенно если учесть, что я один растил сестру.

Кроме нее, у меня никого нет. – Виджей не собирался откровенничать, просто не хотел показаться старомодным занудой.

– Вы потеряли родителей? – смягчилась Ори-эль. – Сочувствую.

– Когда мне было четырнадцать, а ей – десять. – Виджей одним глотком допил пиво, чтобы смыть горький осадок от тяжелых воспоминаний о смерти родителей. – Мы жили со старой бабушкой, но она умерла спустя год.

– Должно быть, вам нелегко пришлось? – Она сочувственно сдвинула брови.