Во власти зла

Она посмотрела на него:

– Джимми, а почему наш папа такой злой?

– Не знаю, ну может, он устал сегодня или долго за рулём машины пробыл.

– Мы теперь будем с ним жить?

Джимми промолчал. Мальчик жалел, что ему всего лишь только тринадцать лет, а не восемнадцать. Будь он совершеннолетним – им бы не пришлось жить в приюте или у отца, который и знать их не хотел. Джимми и сам мог бы позаботиться о них, прокормить и заработать на проживание.

– Скорее всего, да, – ответил он на вопрос сестры.

– А как же школа?

– Я думаю, что здесь тоже есть хорошие школы, – улыбнулся Джимми.

– А мои подружки? – не унималась Джейн.

– Найдём тебе новых, – подмигнул ей брат. – Пошли посмотрим, что там внутри, какая там обстановка.

Они вошли в дом.

– Уууу… Какой бардак! – воскликнула Джейн.

Внутри трейлер выглядел ещё хуже, чем снаружи. Всё было разбросано. И кухня, и гостиная располагались вместе. Посередине стоял ветхий диван, который запросто можно было перепутать с ведром для мусора.

– От нашего папы ушла домработница? Да? – наивно спросила Джейн.

– Ага, что-то похожее. И не называй его папой, – серьёзно сказал Джимми.

– Почему? Почему? Он же наш папа, почему нельзя так говорить? Мама тоже всегда обещала, что расскажет, но… теперь…

– Я тебе расскажу. Потом как-нибудь, только не сегодня, – Джимми щёлкнул сестру по носу и подмигнул ей.

Та выдавила из себя вымученную улыбку.

Джимми направился к старенькому, покосившемуся холодильнику.

– Давай посмотрим, что мы будем сегодня есть.

Отворив дверцу, он тут же с силой захлопнул её.

– Тараканы, – поморщился мальчик. Весь холодильник кишел этими мерзкими насекомыми. Барбара приучила детей к чистоте и порядку.

– Похоже, что ужина не будет. Будем есть вафли и печенье, которые я взял с собой, – с этими словами Джимми направился к своему рюкзаку, который «заботливый» папа бросил в кучу мусора.

Перекусив, они кое-как разобрали мусор на диване и осторожно сели, держась за руки. Уставшая после долгой поездки, Джейн тут же начала клевать носом.

– А ты меня никогда не бросишь? – спросила она, пытаясь открыть слипающиеся, словно патока, глаза.

– Нет, сестрёнка. Конечно, не брошу.

– Никогда, никогда?

– Клянусь, – торжественно заявил Джимми.