Запертый

Прошлое сурверов. Мы выжили, и мы несем в себе воспоминания…

А затем я стал обычным чернорабочим с Великим именем.

Великое имя Амадей, что угробило мою жизнь получше чем упавший на голову кусок железобетона. Это долбаное имя испортило мне жизнь. Сделало меня мишенью. Сделало объектом для насмешек и издевательств.

Эй, Амадей, а сегодня ты уже сделал что-то великое?

– Нет, – прошептал я, останавливаясь и с удивлением глядя, как мои грязные пальцы сжимаются в два кулака. – Нет! Хватит, Амос! Хватит! Вини себя! Ты позволил им издеваться над собой! Ты разрешил им сделать из тебя мальчика для битья! Ты! Великое имя? Да в жопу! В жопу все имена мира!

Поморщившись от прострелившей голову вспышки боли – странно приятной, обжигающей – я зашагал дальше, старательно держась в сумраке у стены, куда почти не достигал свет редких ламп.

Экономия всего и вся – кредо сурвера!

Бережное отношение к ресурсам – бремя сурвера!

Великие имена…

Очередная иллюзия.

Каждый раз, когда в Хуракане рождался очередной маленький сурвер, все знали, что очередная лотерея не за горами.

Главное, чтобы ребенок прожил целый год и доказал свою жизнестойкость. Главное, чтобы у него не было врожденных отклонений. Спустя год, после медицинского обследования, счастливые родители несли малыша на Третий уровень, где в специальном зале собирались такие же счастливцы. Включался старый электромеханический автомат с большим рычагом. Вместе взявшись за рычаг, родители того или иного малыша опускали его. Со щелчками на экране начинали мелькать различные символы, изображения и прочее. А затем бам! – и вот он ваш беспроигрышный вариант, ваша награда за то, что доставили в этот мир очередного здорового сурвера.

Чаще всего призом была одежда, обувь, какие-то инструменты, бесплатное медицинское обслуживание, путевка в сады Эдем-14. Приз всегда был тройным – чтобы подарки достались каждому из родителей и самому ребенку.

Кто-то получал упаковку персикового мыла, набор гаечных ключей и годовой детский массаж – два раза в неделю.

А мы… Матери достался набор кисточек и красок для рисования, отец получил отличный крепкий рюкзак, а я… мне досталось гребаное Великое имя. Какая честь, мать вашу! Вау! Держите меня трое – а то от восторга я разобью себе голову о стену!

Головная боль стала сильнее, и я невольно рассмеялся, глядя на мир сквозь красную пелену. Да уж… сейчас до головы и дотронуться-то страшно, а не то что биться ей о стену. Один щелбан – и я рухну без сознания.