Горячая любовь в Милане

Подъемник легко вознес его на самую вершину. Спрыгнув с полированного деревянного сиденья, Роберто на мгновение замер, любуясь раскинувшимся кругом бескрайним голубым пространством, казавшимся волшебной грезой, парящей средь сахарно-белых массивов скал. Зрелище пьянило, словно бесценное шампанское. Раскинув руки и ноги, он понесся вниз, точно птица. Скорость с каждым мгновением нарастала… он и в самом деле парил, как птица, и наслаждался полетом.

Вот и пологий пятачок финишной зоны. Роберто испытал даже легкое разочарование -, что слишком быстро он его достиг.

Через две минуты он был снова на вершине. Завораживающая панорама горных хребтов расстилалась вокруг, широкая и переливчатая, как серебряная скатерть. Мягкий толчок – и он почти незаметно для себя соскользнул вниз. Встречный ветер, набирая силу, загудел в ушах. Фальконетто все быстрее мчался по склону, носки его лыж еле заметно бились на мельчайших снежных буграх. В его сердце разрасталось упоение стремительным спуском, скоростью, мелькавшими, как в калейдоскопе, картинами лыжной трассы – похожие на накрахмаленные простыни ослепительно-белые полоски снега сменяли жгуче-зеленые вкрапления леса, точно во сне, проносились едва припорошенные, похожие на головы гигантских чудовищ и драконов, валуны, их сменяли виражи, выделявшиеся своими серыми полосами утрамбованного снега, которые со скоростью курьерского поезда переходили в мульды, залитые пустым солнечным светом.

И вдруг Роберто ощутил, как взлетает высоко в воздух – с незаметной кошачьей вкрадчивостью под лыжи подкрался трамплин. Он взмахнул палками – будто руками поднимая себя в воздух – и, опустив руки, словно опираясь на них, полетел. По всему телу разлилось блаженное ощущение свободного, ничем не сдерживаемого полета, ощущение безграничного освобождения от земной тяжести. Это было сенсационное, ни с чем не сравнимое чувство.

Когда он снова ощутил под ногами мчащуюся поверхность снега, голова стала кристально чистой, ясной.

Со стороны склона послышался шум, резкий звук лыжных кантов, отчаянно режущих твердый наст. Кто-то летел вниз, подобно болиду из «Формулы-1». Роберто прищурился. Не может быть… Но небольшая, вся сжавшаяся фигурка лыжницы была до боли знакома ему.