Французский поцелуй

«Интересно, в какой я стопке?» – подумал он.

– Решением членов жюри конкурса победила скульптура Гленна Мак-Дональда, США. Именно она будет украшать фронтон нового морского вокзала Марселя. Благодарю вас за внимание, дамы и господа.

Клод Дешанель был не в силах произнести ни слова и неподвижно застыл, оглушенный неудачей. Наконец-то он узнал, в какой стопке лежала карточка с его именем.

Шанталь Тюренн окинула его уничтожающим взглядом. Этот взгляд мог бы прожечь и гранитный валун.

– Я так и знала, что ты – прирожденный неудачник! – прошипела она.

Клод Дешанель похолодел. От неожиданности его загорелое лицо даже побледнело. В глазах его спутницы застыло столько неприкрытой злобы, что ему стало просто не по себе. Почему она так смотрела на него? Неужели она считает, что он специально проиграл этот конкурс?

– Шанталь, – неловко произнес он, – я хочу сказать тебе…

– Я не желаю с тобой даже разговаривать! – отрезала она и отвернулась.

Рыбный ресторан «Корниш» заслуженно считался одним из главных достопримечательностей Марселя.

Во всех гастрономических справочниках указывалось, что здесь подается лучшая рыба во всем Средиземноморье, и те, кому посчастливилось побывать тут, сразу убеждались, что это – воистину так.

– Я согласился встретиться с тобой по двум причинам, – заметил Жан-Батист Кондорсе, расправляясь с сочным лобстером. – Во-первых, потому, что ты – мой друг. Во-вторых, потому, что ты пригласил меня в этот ресторан и умудрился зарезервировать столик в самый разгар туристического сезона.

Мне известно, что это практически невозможно, почти невероятно. Ты, должно быть, точно знал, что перед едой, которая подается здесь, я не могу устоять? Не буду скрывать, это – так.

– Жаль, что я не знал этого заранее, Жан-Батист, – грустно улыбнулся Клод Дешанель. – А то бы я пригласил тебя сюда перед подведением итогов конкурса.

– И лишь зря потратил бы свои деньги и связи, Клод. – Кондорсе посмотрел ему прямо в глаза. – Потому что даже еда «Корниш» не смогла бы заставить ни меня, ни большинство остальных членов жюри проголосовать против скульптуры Гленна Мак-Дональда.

 – Он сжал руку скульптора. – Его проект действительно лучше, Клод!

– Но… чем же он лучше?!

– Всем, Клод. – Кондорсе сурово посмотрел на него. – У Мак-Дональда получилась потрясающая статуя. А у тебя… обыкновенная.

Скульптор опустил глаза. По его лицу, прокаленному морским солнцем, разлилась неестественная бледность.